Нешелковый путь. Автостопом на край Земли и путешествие на вершины России, Армении и Ирана

Мне легко – груз тревог и проклятий

оставил в столичном метро.

И теперь впереди – километры дорог:

лес да поле и редкий сельпо.

Нас здесь двое, но по жизни – один.

Вещь в себе. Кот в коробке.

То ли жив, то ли мертв. На плаву иль на дне.

Бреду по тропе – под светом холодного солнца.

И не жду ничего, не ищу никого.

Мой маршрут прост, как крест, —

Лес, харчевня, попутка и хостел.

Из окна то ли поезда, то ли авто – вижу озеро.

Там, вдали, – остров.

А за ним – волны сопок с зеленой каймой.

Поворот. Привокзальная площадь.

Утром – ранний подъем, быстрый сбор:

каша с фруктами, чай с чабрецом.

С рюкзаком, котелком – кувырком,

оставляем свой временный дом,

Выходя на обочину трассы.

Наступил Новый год. Я, собрав походный рюкзак, прыгаю в дальняк Москва – Петрозаводск в компании едва знакомой девчонки, чтобы отправиться в путешествие автостопом к Северному Ледовитому океану, предварительно заскочив к берегам Ладожского озера. Маршрут в полторы тысячи километров занял две недели.

Дважды нас подвозили священники, трижды – бывшие зэки и еще – ветеран чеченской кампании.

Высадились на перроне Петрозаводска, глубоко провинциальной столицы, обросшей серыми панельными коробками поздней советской застройки. Внутри прямоугольных дворов прятались покосившиеся черно-бурые бараки – еще жилые.

Отсюда путь лежал на север. Нас было двое, у нас была какая-то тактика: двигаться на попутках в светлое время суток – и желание оказаться за полярным кругом. Конечной точкой маршрута было объявлено село на берегу Баренцева моря (океана), где снимался «Левиафан» Звягинцева.

Блондинка с гвоздями

Впереди – Питер, позади – Мурманск. Шагаем по обочине автотрассы. Стемнело с час назад. До ближайшего города – двадцатка. Километров.

Я называю это проблемой, Катя Миронова – вечерней прогулкой. Из нас двоих путешественник вроде я. Но в моих штанах сыро и холодно, а в ее глазах – щенячий восторг.

Мы – среди километров карельской тайги, за лесом журчит водопад Кивач, холодные мутные воды которого пробиваются через толщи снега, срываясь вниз каскадом.

Планировал к вечеру вернуться в Петрозаводск, но не учел, что темнеет здесь рано. Время упущено – в спину то и дело бьет свет дальняков, мимо проносятся десятки авто. Но никто не берет.

Распинываю придорожную слякоть. Пальцы мерзнут в прохудившихся ботинках. Катя предлагает согреться стоянием на гвоздях. Да, эта женщина взяла в поездку самодельную доску с гвоздями.