Признания египтолога. Утраченные библиотеки, исчезнувшие лабиринты и неожиданная правда под сводами пирамид в Саккаре

И я невольно спрашивал себя, под песками каких пустынь, под какими поселениями или святилищами могли бы они прятаться? Где находятся эти затерянные подземные миры далеких эпох? Может, их откопали, а затем вновь спрятали? Если да, то кто это сделал? Или эти давно забытые сооружения стали недоступны из-за природных катастроф?

И где находятся миллионы книг, написанные в том далеком прошлом? Они сгорели? Сгнили? Или их намеренно уничтожили? И если да, то почему? Неужели та малость, что мы знаем сегодня, – это все что сохранилось? Или тайные библиотеки существуют и в наши дни, доступные только стражам в плащах с капюшонами и членам тайных обществ? Кто мог писать и собирать книги, а затем прятать их на протяжении тысячелетий? Кто хотел, чтобы эти книги вновь исчезли? Знает ли Адель о существовании утраченных библиотек? Может быть, члены клана расхитителей гробниц находили камеры или даже целые залы, заполненные сокровищами, возрастом сотни тысяч лет, но держали это в тайне? Может, Адель входил в одну из таких камер? Тогда зачем он делится со мной своими знаниями?

Единомышленники

В марте 1984 года я пригласил Аделя и его жену на две недели ко мне в Швейцарию, где мы не один вечер провели в моем архиве, которым я очень горжусь.

Однажды вечером мы разглядывали мое собрание, разложенное на большом столе, прихлебывали крепкий черный чай и курили.

– Почему ни одна из моих книг не переведена на арабский? – спросил я у Аделя и показал ему книги, изданные на китайском, японском, тамильском, русском и, разумеется, английском, французском и испанском языках. – Арабы что-то имеют против меня?

– Не думаю, что это так, – ответил Адель. – Они о вас ничего не знают. Скорее ваши работы осуждают исламские богословы.

– Но почему? В каждой книге я прямо говорю, что я глубоко религиозный человек.

– Ваши книги рассказывают о богах – во множественном числе, – возразил Адель. – Это несовместимо с Кораном. Вспомните, что шесть раз в день кричит муэдзин с минарета: «Нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммед пророк его». Не должно быть никаких богов, кроме Аллаха.

– Но мои так называемые боги – вовсе не боги, – запротестовал я. – Собственно, никаких богов не существует. Сегодня мы это знаем, в отличие от наших предков каменного века.