Звезды МУРа. Золотой век московского сыска

Расклад всех фактов, которыми располагала опергруппа в то время, был таким. Семейная пара упорно заявляла, что никого не видела, ключи от входа хранились и всегда находились только у них, а эксперт к вечеру подтвердил, что наружным ключом дверь в тот вечер не открывали, то есть, всё-таки, замок был открыт именно с внутренней стороны.

В словах семейной пары явно проглядывала неискренность. Да и сам факт, что вещей нет, а Гогия лежит с ножевыми ранениями в больнице, говорил за себя.

Сыщикам очень хотелось с ним побеседовать, но он, по словам врачей, находился в реанимации в бессознательном состоянии, и доступа туда у сыщиков не было.

К тому же руки связывали постоянные отчёты о проделанной за день работе, как своему руководству, которое подгоняло сыщиков, так ещё и сотруднику госбезопасности, сверявшему действия муровцев с действиями его коллег…

В это время из Женевы вернулся скульптур. Церетели очень просил сотрудников МУРа во что бы ни стало раскрыть преступление и предлагал любую помощь.

– Если вам не хватает людей, вы только скажите, я попрошу Михаила Сергеевича и будет столько, сколько вам надо!

Он участливо расспросил сыщиков, что им необходимо, и после разговора с ним работать по теме стало легче.

Группу усилили, к муровским сыщикам подключили ещё несколько человек с «земли». Ответственный в группе был Валентин Рощин.

Вечером на Петровке обсуждали план дальнейшего розыска.

Положение казалось тупиковым. Преступление есть, зацепок никаких. Понятно, что преступники проникли через дверь. Свет на событие могли бы пролить пожилые супруги, но они упорно не желают говорить правду, а допросить их обстоятельно сыщики не имели права. Пострадавший от преступников лежит в больнице и для сыщиков недоступен. Есть ли выход?

Его подсказала оперская смекалка, которая никогда не подводила сыщиков в МУРе.

Рощин решил направить в Боткинскую больницу под видом тяжелого больного сообразительного и коммуникабельного сыщика.

Рощин и ещё один сотрудник из отдела по предотвращению разбоев – Алексей Белов – приехали к главному врачу Боткинской больницы. Об Алексее Белове можно писать настоящую оду. В МУРе он прославился ликвидацией опаснейших банд, как, например, жестокая банда Крючкова из Люберец, в преступном мире Белова прозвали «чёрным полковником».