Рыцарь курятника

– Яйцо? – повторил А.

– Да, двадцать луидоров взамен этого роскошного яйца, которое обеспечит вам спокойствие на всю ночь.

– А если у меня нет двадцати луидоров?

– Мы вас обыщем и возьмем, сколько есть, а затем вам придется погостить у нас, пока не расплатитесь полностью.

– А если у меня их нет?

– Вы в маске, хорошо одеты, у вас наружность дворянина, вы возвращаетесь с какого-нибудь любовного свидания, вы вельможа, стало быть богаты.

– Если ты ошибаешься…

– Я не ошибаюсь. Платите, сударь!

– А если со мною денег больше, чем ты думаешь?

– Я прошу у вас только двадцать луидоров: это наше правило; но если хотите, можете купить безопасность на следующую ночь, взяв другие яйца и заплатив за них.

– Кто мне поручится за мою безопасность?

– Слово Петуха.

– А если я буду защищаться? – спросил А., вдруг раскрыв свой плащ и выхватив два пистолета, заткнутые за пояс. Разбойник не пошевелился; пятеро других тотчас приблизились и окружили А.

– Не сопротивляйся! – крикнул тот, кто назвал себя Петухом.

– Я заплачу, – согласился А. и, вынув из кармана двадцать луидоров, протянул их разбойнику; тот взял деньги одной рукой, а другой подал яйцо.

– Квиты! – кивнул он. – Вы можете идти, куда хотите; а если кто-нибудь остановит, то покажите это яйцо – вас пропустят.

Он поклонился, вновь раздался петушиный крик, и бандиты исчезли. Куда они девались – невозможно было сказать.

А. осмотрелся и спокойно продолжал свой путь, как будто с ним ничего не случилось.

Несколько минут спустя, он дошел до предместья СенДени. Здесь возвышался монастырь Сестер Милосердия, называемых тогда Серыми Сестрами. Он находился на углу улиц Сен-Дени и Сен-Лоран. День и ночь его дверь была полуоткрыта, рядом с ней висел колокол, в который любой мог позвонить.

А. остановился перед низкой дверью и тихо позвонил. Дверь отворилась; небольшая лампа слабо освещала прихожую, выходившую на монастырский двор.

В прихожей сидела сестра милосердия в костюме, который не изменился с 1633 года – с тех пор, когда Венсан де Поль приказал Луизе де Мальяк, основательнице этого ордена, надеть его в первый раз.

– Чего хочет брат мой? – спросила она.

– Поговорить с матушкой от имени страждущих, – отвечал А. – Вы знаете, что сегодня 30 января, сестра моя?

А. сделал заметное ударение на дате. Сестра милосердия посторонилась, став к стене.