Александр и Роксана

Александр улыбнулся и кивнул в знак одобрения пылкости молодого аристократа-телоида. А войдя в баню, царь был поражен удивительным зрелищем. Увидев под сенью высокого шатра комфортные места, золотые тазы, золотые кубки, узорчатые столики, предназначенные для приема пищи и распития напитков лежа на боку, большие чаши на них, а чуть подальше от них изящные флаконы с ароматическими маслами и духами, царь сказал окружавшим его людям.

– Разве не так должен жить истинный царь?

– Так, Александр! Теперь все это твое.

«Начнем новую жизнь», – произнес Гефестион, торопливо снимая одежду.

Каждый день начинается с утра, а каждое утро начинается с забот. Заботы дня после сражения – узнать, сколько поступило добычи, взять, что нужно, остальное распределить. Царь Дарий пришел на отроги Гавгамел нагруженный до предела. После битвы на Иссе Александру досталось три тысячи талантов золота. В Дамаске царь Дарий запрятал две тысячи шестьсот талантов золотых монет, пятьсот фунтов серебра и другие драгоценности.

Об этом тут же проговорился правитель города, когда Парменион дошел до него. Из-за этого он не стал нападать на город, оставил его в целости и сохранности, не трогая ни единого кирпичика.

Победой на Иссе Александр заткнул рты греческим полисам. Да и сам он пришел в себя, успокоился, стал вдумчивей, словно повзрослел на десять лет. Первые две битвы привели Александра в ранее незнакомый, обширный, новый мир, который был пределом мечтаний и ключ от которого лежал где-то глубокой пучине, и теперь он предстал перед его взором.

Проблемы и трудности нового мира казались сложнее войны, победа в которой далась непросто. Впредь территория от самых дальних границ Македонии, все греческие земли, исполинское государство – Персия будут подчиняться Александру. Несмотря на то, что Дарий еще жив, а Персеполь еще не покорен, вся Персия лежит у его ног. Все упирается в горстку времени. Он стал хозяином стольких стран и земель. Что делать дальше? Александр искал ответа на этот вопрос. И чувствовал, что ответ найти будет нелегко. Но пока он шел прежним курсом, не выказывая своего замешательства.

Прежним курсом – значит отправить добытое матери Олимпиаде, поделить между воинами, дружинниками и полководцами. Продолжить обычай дарить дворцы, отдавать города. Несмотря на то, что к Олимпиаде приходили невероятные богатства, которые грудами лежали перед ней, она была недовольно излишней щедростью сына, о чем писала в каждом своем письме.