Русский Мисопогон. Петр I, брадобритие и десять миллионов «московитов»

Тверитинове и его кружке показало, что даже в среде московских купцов и ремесленников (не говоря уже о духовенстве) «спорить по вопросам веры было привычно»; подобные разговоры часто начинались «прямо на улице, в овощном или иконном ряду, в домах», и они ни у кого «не вызывали удивления» (Смилянская Е. Б. Ересь Дмитрия Тверитинова и московское общество начала XVIII в. // Проблемы истории СССР. Вып. 12. М., 1982. С. 39–40). Не приходится сомневаться в том, что вопросы о брадобритии/брадоношении были в числе наиболее обсуждаемых.

Составленные братьями Лихудами и Евфимием Чудовским проповеди были призваны ответить на общественный запрос на каноническую аргументацию в пользу брадоношения.] Об этом мы узнаём из «Слова еже не брити брад по законам» братьев Лихудов, в котором от лица неких спорщиков воспроизведена аргументация Димитрия Ростовского: «Сия закони суть и обыкновения в Ветхом Завете, ныне же ино время, время благодати, время сладости и веселия, преиде бо сень законная, благодати пришедшей, негли мы подлежим сеновному оному закону <…>. Покажи нам, святейший отче наш, сия утвержденая от закона благодати, егоже и сынове есмы, и тогда покоримся»[5 - См. Приложение № 3 в этой книге. С. 465.]. Думается, это возражение, хотя и было использовано Лихудами в риторических целях, вряд ли являлось чистой абстракцией. Патриарх Иоаким в своем «Увещательном слове» от декабря 1689 г., сказанном для того, чтобы подвести окончательный итог в спорах вокруг времени преложения Святых Даров, упомянул многочисленные словопрения («разглагольства») вокруг этого вопроса, участниками которых были как великороссийские «юноши», получившие образование в польских латинских училищах, «благородные мужи, достоинства великие в царских домах имущие», «малороссийские христиане» разных чинов («иерее, и монаси, и мирстии»), наплыв которых наблюдался в Москве после того, как «покори Господь Бог великому государю царю и великому князю Алексею Михайловичу <…> полского государства некыя грады»[6 - Цит. по: Горский А. В., Невоструев К. И. Описание славянских рукописей Московской Синодальной библиотеки. Отд. 2. Ч. 3. С. 431–433.]. Очевидно, что «разглагольства» в такой разношерстной публике, которые упомянул Иоаким, не могли ограничиться только темой о времени преложения Святых Даров, но затрагивали и многие другие актуальные вопросы, к числу которых должно было относиться и брадобритие (ведь многие прибывшие в Москву малороссияне бороды? не носили).