Пределы разума

На протяжении всего рассказа я несколько раз щипал себя в надежде проснуться, но, увы, попытки были тщетны. Даже если это и был сон, то, очевидно, мне нужно было увидеть его до конца. Может, тогда я смогу проснуться?

– Как тебя зовут? – хрипло спросил я наконец.

– Мое имя Корх. Я маг-целитель великой Башни магов Ордера белой сирени. Правда, сейчас я ничем не лучше простого лекаря.

– Почему?

– Наша магия зародилась тогда, когда мы научились черпать силу из света в своих душах, света, который вы даровали нам.

Но с вашим уходом свет погас, и магия стала бессильна.

– Но ведь я здесь. Почему тогда твоя магия до сих пор не работает?

– Вы еще не пробудились до конца, вам предстоит пройти обряд. Только тогда вы вновь озарите светом нашу землю и наша магия сможет противостоять силам зла.

– Что за силы зла, о которых вы все говорите?

– Маги и колдуны, последователи Ордена истинной тени, они захватывают города и деревни, берут под контроль целые государства, они… Корх не успел договорить, как в комнату вошел высокий мужчина.

Одет он был примерно так же, как и старик, только на шее его висело ожерелье, изображавшее переплетенные друг с другом ветви сирени.

– Доброе утро, о великий Нойлар. – Он преклонил голову и хитро улыбнулся: – Меня зовут Акацель. Я хранитель Ордена белой сирени.

– Очень приятно. А я Нойлар, тоже хранитель Ордена белой сирени.

Акацель никак не отреагировал на мое высказывания, и я со вздохом пришел к выводу, что, похоже, в этом мире отсутствует чувство юмора.

По сравнению с Корхом хранитель был молод, а вот пост занимал высокий.

– Сколько вам лет, Акацель?

– Немногим больше пятисот.

– Вам более пятисот лет, а вы выглядите моложе уважаемого целителя и уже хранитель Ордена. Корх сказал, что без меня ваша магия бессильна, а вы сумели сохранить молодость. Каким образом? Акацель с презрением посмотрел на Корха, а старик тем временем виновато опустил голову.

– Корх всего лишь деревенский целитель, о магии он знает ровно столько, сколько ему дозволяется.

Великие же знания требуют великого труда, Нойлар. Это, между прочим, ваши слова. Советую вам съездить в Лес тайн, там вы сможете обрести ясность и получить ответы куда более прозрачнее, чем может дать вам этот старик. Я приказал оседлать вам коня, а мы с Корхом тем временем подготовимся к обряду. Старик все это время молчал. Было ясно, что он боялся Акацеля.