33 рассказа о китайском полицейском поручике Сорокине

Верховые кричали «В сторону!», а Огурцов им «Стойтя! Стой, говорю!» Передний крикнул «С дороги!», натянул вожжи, когда Огурцов уже был почти под копытами; лошадь упёрлась передними ногами и стала приседать на задних, всадник замахнулся плёткой, но Огурцов схватился за уздечку и спрятался под головой лошади.

– Ваше благородие, – дурным голосом закричал он, – господин офицер, с вами хочет говорить поручик Сорокин, мы токма вон со станции от красных ушли…

– Какой еще поручик, с какой станции? – Всадник с погонами штабс-ротмистра опустил плеть.

 – Где твой поручик?

Сорокин распрямился и спустил одну ногу с саней.

– Извините, господин штабс-ротмистр, не могу встать…

– Что с вами? – Штабс-ротмистр подъехал.

Сорокин представился:

– Поручик Сорокин! Чехи забрали литерный эшелон Верховного и расстреляли нашего командира…

– Как это? Кто командир?

– Полковник Адельберг.

– Александр Петрович? А что с ним?

– Арестован или расстрелян… мы оказали сопротивление…

– А с вами что?

– В заварушку мы попали, ваше благородие… – вставил Огурцов.

Штабс-ротмистр бросил на него недовольный взгляд, но это фельдфебеля не смутило. – Как только их благородие в себя-т пришли, как его чехи-т заломали, так сразу за ихним эшелоном стал надвигаться красный, мы со станции и утекли…

Штабс-ротмистр повернулся к своему спутнику:

– Ошиблись, как и мы!..

– Да, Алексей Алексеевич! – сказал спутник и ухмыльнулся. – Не разобрали, что флаг на кабине паровоза был не красный, а красный с белым.

– Это, поручик, среди чешских эшелонов затесался эшелон с польской дивизией, так что вы напрасно драпали, – с усмешкой сказал штабс-ротмистр и, уже было взмахнул плёткой, но Огурцов заступил ему дорогу и просительно глянул на Сорокина.

– Господин штабс-ротмистр, – спохватился Сорокин, – чехи оставили наши винтовки, но забрали все патроны…

– Это понятно, а в чём ваше дело, поручик?

– Нам бы патронов, хотя бы по пачке на человека.

Штабс-ротмистр сдвинул плёткой папаху с затылка на лоб.

– У нас с собой нет, но… – Он поправил папаху, достал блокнот и написал записку. – Вот вам… за нами идут две роты верхом, отдадите командиру, это воткинский командир капитан-лейтенант Арцишевский Антон Генрихович, они помогут, чем смогут, а нас не задерживайте, с Богом!

Он махнул плеткой, Огурцов только-только успел выскочить из-под копыт, и оба всадника поскакали дальше.

– Как вы хорошо с ним разговаривали! – глядя им вслед, промолвила Элеонора.