Мой друг Камиль Исхаков

Это канцелярское «к/р» говорит о многом. В стране набралось столько контрреволюционеров, что суды не успевали выписывать им приговоры полностью, без сокращений. Деревенский мулла не мог знать, что за 20 дней до его ареста председателю ВЧК Дзержинскому было дано категоричное и письменное (!) указание от высших должностных лиц государства: «…необходимо как можно быстрее покончить с попами и религией. Попов надлежит арестовывать как контрреволюционеров и саботажников, расстреливать беспощадно. И как можно больше <…> Калинин, <…> Ульянов (Ленин)»[49 - Иванова О.

Из истории политических репрессий в Татарской АССР (конец 1917 – начало 1950 годов ХХ века). Казань. 2009. URL: http://dissers.ru]. Последняя фамилия будет стоять в дипломе внука Абдуллы – Камиля, окончившего КГУ имени В. И. Ульянова-Ленина. Внук муллы будет даже награжден медалью «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина». Впрочем, Камиль «подкачал». Напротив предмета «марксистско-ленинская философия» вписано «удовлетворительно» – тройка.

Семь месяцев Абдуллу держали в камере, подвергая допросам. Как трудно решался вопрос, быть ли человеку священнослужителем или не быть, сколько разных людей, серьезных ведомств должны были за него поручиться, и как легко его судьбу могли перечеркнуть, по сути, авантюристы, случайно оказавшиеся у власти. Деду Камиля повезло. Дело было прекращено по амнистии. Однако вернуть честное имя все равно не спешили. Потребовалось 80 лет, целая жизнь, чтобы он был реабилитирован.

Абдулла не дождался этого. Не дожил.

Гораздо печальнее история другого деда Камиля, по линии его матери, Абдуллина Газиза Гарифовича.

Самый обыкновенный человек, он жил в Казани самой обыкновенной жизнью. Имея соответствующее образование, работал простым бухгалтером в артели «Красный Труд». Толкался у торговых лотков на Большой Проломной. Вместе с семьей ходил в дом купца Афанасьева, в кинотеатр «Унион», ныне это «Родина», которому уже 108 лет, – тогда любили смотреть «Праздник Святого Йоргена» с Игорем Ильинским, фильм крутили «под пианино».

По субботам мылся в бане, что на Булаке – потом, наверное, вопреки известным запретам, и рюмочку наливал к татарским пельменям, мелким и вкусным.

Став казанским мэром, Исхаков превратил бывшую Проломную, где так любил гулять его дед, в казанский «Арбат».

– А когда Проломную переименовали в улицу Баумана?

– В тридцатом, – Камиль неплохо помнил историю города.