Еврейская Старина. №2/2019

Ведь фамилия Гершкович настолько распространенная, что мне и в голову не пришло выяснять, имеет ли отношение эта семья к Николаеву, о чем сейчас сожалею. Прадедушка лежал на раздвижном инвалидном кресле, превращенном в койку и, по-моему, говорили, что ему 96 лет. Бабушка Саши выглядела лет на 50 с небольшим, а мама ? лет на 35. Вот я и сопоставила указанные возраста Якова, Марии и их дочери Розы, и очень подозреваю, что это как раз и была их семья. К сожалению, мы связь с этой семьей потеряли. В декабре 1991 г. из Холона мы переселились в Беэр-Шеву и как все новые репатрианты были озабочены налаживанием новой для нас жизни.

Если Гершковичи ? старейшие члены семьи, то у молодых ? другие фамилии. Не могу толком объяснить, почему мы подружились в дороге именно с этой семьей, мама со старшими, а мы и наши дети с младшими членами славной семьи горьковчан.

Возможно, потому что и нас тоже было немало: мама, свекровь, мы с мужем и двое наших детей. А может быть на подсознательном уровне почувствовали родную кровь.

Каневские

Гитель Берковна Фельдман, в замужестве Каневская – родная сестра моей бабушки, Б. Б. Фельдман-Блох.

Слева направо ? Гитель Берковна Фельдман-Каневская, дети ? Рива, Борис, Марк, Юдко Ицкович Каневский, Николаев, 1913 г.

Как уже было написано, в Израиле я нашла моего троюродного брата Бориса Арьевича Каневского. После публикации [1], [2] он нашел фотографии его бабушки Гитель Берковны Фельдман-Каневской с ее супругом Юдко Ицковичем (Адольфом Исааковичем) Каневским и их детьми, а также фотографию его отца.

Он мне и переслал эти фотографии.

Отец Бориса, сын Гитель Берковны, Арий Юдкович (Адольфович) Каневский родился в Николаеве 26 июля 1918г. по юлианскому календарю (или, как принято писать, по старому стилю). В 1920-хгг. семья Гитель (Кати) и ее мужа Юдко (Адольфа) Каневских переехала из Николаева в Москву. Дочь Рива находилась в начале войны в Конаково недалеко от Твери. Там, роя окопы она познакомилась и подружилась со славной русской девушкой Машей.

Маша при рытье окопа была ранена в спину осколком гранаты, о чем не давал забыть, оставшийся на всю жизнь шрам. Паек им выдавали табаком, и Маша отдавала свой табак курящей подруге Риве. Их дружба продолжалась и после войны в Москве. Рива и познакомила Машу со своим братом, вернувшимся в Москву с военной службы на Дальнем Востоке в 1946 году.

Арий Юдкович/Адольфович Каневский во время службы на Дальнем Востоке, 1940 г.