Добрые демоны Криса Кельми

– Мне говорят, Крис, это «попса», ты «фанерщик», Крис… Смешная история – я до 92-го года возил по стране группу, трайлеры с аппаратурой, делал «живые концерты». Сейчас это нереально, сейчас я пою под «минусовую» фонограмму. И пою то, что «душе созвучно». А если это нравится публике да еще приносит доход – так всем того же желаю…

– Похоже, что весь негатив идет от прессы, в то время как народ лоялен и благодушен.

– Когда не было свободы, когда нас глушили, вырезали из эфиров и всячески стирали с лика истории, я считал журналистов соратниками по борьбе.

Музыка и пресса были тем тандемом, который нес свежее дыхание прогресса. И что же теперь? Появилась свобода, которая породила журналистов и эдаких «журналюг». Одни действительно становятся ориентирами в окружающей среде. Другие – существуют как некая плесень. С помощью газеты сводят с кем-то счеты, методично из года в год пишут мерзость.

В ответ я просто прошу не упоминать моего имени. «Как, ведь это же реклама! За это деньги дают!» – вызывает удивление моя интеллигентная заявка.

Все, чего добился я, а также мои современники – Макаревич, Долина, Глызин, Минаев – без рекламы, продюсеров, «раскрутки». Только за счет этих Семи Нот.

– Твоя реклама – это цифра 7000?

– Это число моих духовных и, одновременно, телесных привязанностей.

– Это реально?

– Было время, это стало для некоторых хобби, – посчитать количество дней моего детородного возраста и сравнить… С помощью калькулятора получали рекордную любвеобильность.

Почему-то Эдди Мерфи имел право афишировать свой размер. И это был весело. А здесь вызывает какое-то ожесточение.

Прибалт прибалтом

– Значит, ты нашел болевую точку…

– Хотя всю жизнь искал компромисс. Эпатаж становился лишь частью моего имиджа, отнюдь не локомотивом движения.

– Компромисс – сродни беспринципности?

– Мне друзья часто ставили в вину: «Ты всегда в стороне, ты нейтрален и плывешь по течению». Правда, я стараюсь никогда не ввязываться в разборки в шоу-бизнесе.

Когда произошел этот раскол в «Старко» из-за того, что были нарушены принципы профсоюза: от каждого по способностям, всем – поровну. А я хотел сохранить хорошие отношения и с «Фортуной», и со «Старко».

Это моя позиция – здесь, в этой стране, нужно двигаться путем компромиссов, не делая лишних жестов, иначе дело может кончиться стрельбой.

Помнится, это был 91-й год, когда я в последний раз решил искать правды в миру.