Русские. 1812–1814. За Родину!

Многие переодевались в чистое белье, приводили в порядок мундиры и кивера, осматривали и готовили к бою оружие. Среди солдат пересказывали обращение Кутузова к армии. Простые слова главнокомандующего с призывом постоять за свою Родину были понятны каждому. Бодрило души обещание в бою менять полки свежими каждые два часа.

По позициям проехал со свитой и командирами дивизий князь Багратион, поговорил с солдатами и офицерами. Любимый и уважаемый в армии генерал, ученик великого Суворова напомнил ветеранам о былых сражениях и походах.

Его появление вселяло дополнительную уверенность в своих силах. Ночевать командующий уехал в еще не разоренное Псарево.

К вечеру поднялся ветер и наползли тучи. Жуков, Казанцев и Доборшин вместе с другими солдатами, набросив шинели, сидели вокруг жаркого костра.

Пес Кузя устроился тут же и не мигая смотрел на огонь. Солдаты вяло переговаривались между собой, коротко посмеивались при удачной шутке, курили трубки. Штатный рассказчик таинственным голосом рассказывал выдуманную на ходу какую-то сказку.

Его вроде бы и слушали, но каждый думал о своем. Все понимали, что завтра будет сражение еще невиданное, жесточайшее, но были уже давно готовы к нему и ждали с нетерпением.

На рассвете сначала у Бородино, а потом по всей линии аванпостов затрещали ружейные выстрелы. Почти сразу же в дело вступила артиллерия. Из Семеновского было хорошо видно, как из кустарника к флешам и утицкому лесу откатываются русские егеря. Вслед за ними появились густые цепи французских стрелков.

На опушке леса стали выстраиваться батальоны в синих мундирах, на фланги выкатывались полковые пушки, музыканты заиграли бравурные марши и под своими трехцветными знаменами пехота с кличем“ en avant! „бесстрашно ринулась в атаку.

Русские позиции опоясались огнем. Картечь стала укладывать французов ряд за рядом, метко по ним стреляли егеря бригады Шаховского из Утицкого леса, но они продолжали бежать к флешам. Тот километр поля, отделявший позиции французской пехоты от флешей, стал быстро покрываться телами убитых и раненых вольтижеров, гренадеров и фузилеров обеих дивизий Даву.

Багратионовские батареи успевали сделать по 5 – 7 залпов. Открыла огонь русская пехота из Сводно-гренадерской дивизии Воронцова и 27-й дивизии Неверовского. Наступающие дивизии Компана и Дессе замедлили свое движение, задор спал. На поддержку своей пехоты под убийственным огнем стали выдвигаться две легкие кавалерийские бригады Бермана и Мурье.