Каменный Пояс. Книга 1. Демидовы

Женка поставила кочергу в угол:

– Ты што, явленная?

Монашка учтиво поклонилась:

– На построение Божьего храма…

Молодайка зорко оглядела монашку с головы до пят, обрадовалась:

– Эх и здоровущая девка ты! Только и работать такой! Оставайся у нас, полы в чуланах вымоешь, – на построение и без тебя соберут.

Чернорясница молчала, на сытых щеках играл густой румянец. Взглянув на ее мохнатые ресницы, Дунька взяла ее за руку:

– Пойдем, покормлю…

Разостлала на столе скатерку, принесла две большие деревянные миски да ложки.

Налила горячих щей с бараниной и сама уселась за столешницу. Обе крепкие, здоровые, навалившись на стол, с усердием уписывали щи. Лица обеих блестели от пота; молча переглядывались: радовались женской красе.

«Есть добра и в работе будет добра», – прикидывала про себя Дунька.

Монашка порылась в котомке, достала дорожную сулею, лукаво улыбнулась хозяйке:

– Пригубляешь?

Дунька оглянулась, прислушалась, – на улице ребята с криком гоняли голубей. Тряхнула головой:

– Давай, што ли!

Бабы добро выпили.

Хозяйка сладко прищурила пьяненькие глаза и наставляла гостью:

– В чуланах работных лавки мой, нары мой, тараканье повыгоняй…

Дунька крутнула головой, повела плечом.

– У нас ребята крепкие, могутные. Ну, заглядывайся… Окроме одного, чуешь? – Глаза молодки позеленели, брови сдвинулись. – Никто он мне, а берегу… Чуешь?

Монашка вспомнила ладного молотобойца с золотистой бородкой и тяжело вздохнула:

– Никто как Бог и Святая Богородица…

Хозяйка и монашка всхрапнули в подклети – отдышались от хмельного.

Дунька первая спохватилась:

– Ахти, лихонько! Батько скоро с засеки наедет, а у меня ништо не приспело…

Разбудила монашку, свела ее в рабочие чуланы. В них было темно, душно, под столом в пыли копалась курица. Монашка подоткнула темную рясу и принялась за работу…

В хозяйской горнице на божнице стояла медная кружка сборщицы.

Уходя на работу, монашка покрестилась и поставила ее там:

– Пусть Спас и святой Микола поберегут добро божье…

Алчная Дунька, проводив гостью, вскочила на лавку и потянулась к церковной кружке.

В ней брякали одни лишь черепочки: хитрая монашка все алтыны давным-давно повытягивала…

2

Сенька Сокол пришел из кузни и увидел: вальяжная чернобровая монашка, подоткнув ряску, скребла ножом лавки, терла их мочалом. В серой полутьме поблескивали белые бабьи икры. Сокол отвернулся, но погодя не стерпел, опять глянул и встретился с лукавыми глазами монашки.