Каменный Пояс. Книга 2. Наследники

Петр Федорович ворочался и что-то бормотал во сне…

Демидов сидел подле и думал:

«Как же насолить братцу Прокопке? Ужо погоди, через великого князя подкопаюсь до тебя!»

Но подкопаться все-таки не довелось. Спустя несколько дней Никита добыл из кладовых отцовское золото, драгоценные камни и отвез их великому князю. Петр Федорович был в восторге. Он зазвал Демидова в кабинет и возложил на него красную анненскую ленту.

Тяжело сопя, он прищурился, любуясь сановитым видом Никиты Акинфиевича с лентой через плечо.

– О, чудесна кавалер из тебя получился! – воскликнул наследник.

Демидов с жаром облобызал его руки.

– Век не забуду, ваше высочество, столь высокой награды! – благодарно сказал он.

– Но ты, Демидоф, возложишь ее, когда тетушка-цариц не будет… Я, Петр Федорович, буду император! – Он выпятил грудь и важно надулся; бессмысленные глаза его подернулись серой пеленой.

И опять в Никите стали бороться два чувства: хотелось – ох, как хотелось, – пролезть в знать, и в то же время долговязый принц-немец внушал отвращение.

«Неужто в такие руки попадет наше обширное и славное царство?» – сокрушенно подумал он и еще больше приуныл от мысли: «Хороша награда, коли носить ее нельзя!..»

Поздно ночью возвратился Никита Демидов из Петергофа и очень удивился, когда в одной из дальних комнат увидел яркий свет. Он вопросительно посмотрел на дворецкого.

– Ваш братец Григорий Акинфиевич изволили прибыть в столицу и теперь поджидают вас!

Тяжелыми шагами Никита прошел вперед и распахнул дверь.

Под окном в кресле в глубоком раздумье сидел средний брат.

– Ты что тут? – недовольно спросил его Никита.

Григорий поднялся и пошел навстречу брату. Они облобызались.

– Прибыл по делу о наследстве! – сказал он. – Вызван сенатом для опроса!

– Ты что ж, заодно с Прокофием? – сердито спросил брат.

– Что ты, Никитушка! – обиделся Григорий. – Сам по себе. Боюсь, оба вы горячие и неприятностей наговорите друг другу!..

Он выглядел простовато.

Лицо было добродушно, бесхитростно; Никита успокоился.

– Послушай, братец! – тихо заговорил Григорий. – Нельзя ли по-хорошему разобраться? Судьи да сутяги разорят нас! И мне ведь пить-есть надо. Ты не обижайся. Не хочу я свар, давай мириться!

– С тобой готов! – повеселев, сказал младший брат. – А с Прокофием ни за что! Бесноват! Хитер! Лукав! Небось уж по Санкт-Петербургу наследил!

– А ты смирись, не разжигай себя! – посоветовал Григорий.