Сталин и ГРУ. 1918-1941 годы

После начала болезни Ленина этот поток разведывательной информации был переключен на нового генсека.

Для второго периода характерным является поворот деятельности СВР в сторону Китая и активное участие ее агентуры в китайской революции (1925–1927 годы), а также активная деятельность в Европе в связи с угрозой возможной войны («первая военная тревога»).

Для периода 20-х годов характерно тесное взаимодействие трех структур: военной разведки, политической разведки и Отдела международных связей Коминтерна. Следует отметить и такой характерный для конца 20-х и начала 30-х факт, как ротация кадров между Разведупром, ОМСом и ИНО ОГПУ.

Надо отметить, что в 20-е годы военная разведка тесно взаимодействовала с руководством Наркоминдела. Нарком Чичерин, его замы Литвинов и Карахан регулярно получали разведсводки, военно-политические бюллетени, доклады по важнейшим военно-политическим вопросам. Оценки военной разведки учитывались нашей дипломатией при разработке внешнеполитического курса Советского Союза.

При обсуждении внешнеполитических проблем на заседаниях Политбюро с обязательным участием Сталина также учитывалось мнение руководства военной разведки.

Для периода начала 30-х следует отметить два основных события: приход Гитлера к власти и многочисленные провалы военной разведки в 1932–1933 годах. Предвидела ли разведка приход Гитлера? Как она реагировала на его приход? И были ли эти оценки объективными? Или уже тогда тенденциозность в анализе и оценках взяла верх? Какую информацию о событиях в Германии получал Сталин от военной разведки? В какой мере эта информация перекликалась с информацией политической разведки? Вопросы поставлены, но, к сожалению, не на все из них можно пока дать ответ.

Такой серии провалов, как в 1932–1933 годах, у Разведупра еще не было. Если провалы 25-го в Польше и 26-го в Чехословакии можно было еще списать на болезни роста и отсутствие опытных агентурных кадров, то у провалов начала 30-х была, очевидно, какая-то другая, более серьезная причина.

Нужно сказать о них читателю, не ограничиваясь только констатацией фактов провалов. И сказать, чем объясняло руководство разведки перед Сталиным эти провалы.

Постановление Политбюро от 25 мая 1934 года о работе Разведупра можно считать поворотным пунктом в истории военной разведки 30-х годов. И не только потому, что у Берзина наконец-то появился зам и опытный специалист по руководству агентурной разведкой, хотя и из другого ведомства и со своей командой «варягов».