Я-то? Вятский! Издание второе, исправленное и дополненное

Получил письмо из Кирова, где было сказано, что в Барнауле у меня есть родственники. Оказывается, на улице Кирсараевской, в доме 23, живет сестра жены моего дяди Ильи, тётя моего двоюродного брата Юрия.

Отправился навестить их в первое увольнение.

Все было очень скромно. Я, в основном, рассказывал им о двоюродном брате Юре, они признали мое родство и приглашали навещать их.

В приказе по полку меня в составе команды отправили в начале декабря в Новосибирск на сборы. После отборочных соревнований меня оставили одного, – лыжники однополчане вернулись в Барнаул.

Участвуя в гонках на 10 км, я был сорок вторым, а на 15 км тридцать пятым.

Полковник Вишневый вручает грамоту чемпиону полка по лыжам

Собрав после соревнований свой инвентарь, поехал на огромный Новосибирский вокзал. Ждать поезда пришлось часа четыре. Через какое-то время ко мне подошел помятый мужик и стал жаловаться, что у него нет денег, чтобы поесть.

– Солдатик, дай денег! – ныл он.

Зная, что такое голод, дал попрошайке треть от своих денег.

Тот исчез. Часа через полтора-два я увидел его сытым и пьяным. В тот день я поклялся себе уважать профессионализм таких типов, но оставлять их просьбы без внимания.

Соревнования на первенство полка, 1958. Поскольку нагрудный номер 78 я не опозорил, то Ангел Хранитель намекнул мне, чтобы я его запомнил. В те года никто не догадывался, что ждет Россию после 1991 года. Страна была поделена на 85 субъектов. Не иначе Провидение уже тогда нацеливало меня на Санкт-Петербург, живущий ныне под этим номером

Прибыв из Новосибирска в полк, узнал, что мои земляки уже приняли присягу.

Пришлось принимать присягу в гордом одиночестве.

После присяги я стал разведчиком.

В приказе о назначении на должность строки, определяющие моё штатное положение, звучали так – находящегося за штатом полковой школы рядового Новокшонова Е. Н. – курсантом отделения разведки полковой школы.

Учили топографии, особенностям выбора позиции, обращению с компасом.

На полевых выходах очень пригодились лыжи, но уже не спортивные.

В начале апреля темп занятий снизился. Полковую сержантскую школу стали готовить к перемещению.

Где-то числа 10—13 апреля я зашел в каменный солдатский двухрядный туалет.

Ряды разделяла кирпичная стенка высотой с метр. Занял соответствующую позу спиной к стенке. Расслабился. Чувствую, что кто-то сорвал с меня шапку и нахлобучил другую. Старт в погоню за вором-менялой не был моментальным.