Дети войны

Спросил, обращаясь к деду:

– Твой Ehefrau und Kinder? (Твоя жена и дети?)

Прокофий закивал головой:

– Мои это, мои, гер солдат! Жена, дочери и внучки!

Немец подошел к окну, выглянул во двор.

– Es ist gut! (Хорошо!)

– Hier wird ein Offizier Leben! Verstanden?! (Здесь будет жить офицер! Понял?!) – повернувшись к деду, сказал он.

Тот непонимающе смотрел на немца. Солдат, вынув трубку изо рта, снисходительно улыбнулся и похлопал деда по плечу. Больше ничего не сказав, вышел из дома, что-то мелом написал на воротах, сел верхом на лошадь и, попыхивая трубкой, не спеша поехал вдоль улицы.

– Зачем он приезжал? Что хотел? Что с нами будет? – засыпали женщины вопросами деда.

Прокофий достал кисет, не спеша свернул цигарку. Закурил. Выпустив струю дыма, прикрикнул:

– Цыц! Раскудахтались!

Помолчал немного и тише добавил:

– Пока живы все! Из дома на улицу не выгнали! А дальше видно будет, поживем, увидим!

До вечера больше ничего не произошло. По улице проходили одиночками и целыми подразделениями немецкие солдаты, располагались на постой в соседних домах, но к ним больше никто не зашел.

Ближе к вечеру Прокофий через задний двор вышел на огород. Дождь прекратился, и холодный северный ветер почти разогнал тучи. Стало холодно. Чувствовалось, что вот-вот пойдет снег. Посмотрел в сторону, где была спрятана картошка. Закурил. «Вовремя картошку спрятали, – подумал дед, – Но ходить туда нужно только ночью, а то не дай Бог, немцы или соседи увидят».

– Как дела Прокофий! – услышал он тихий окрик.

Повернувшись в сторону голоса, увидел, что у изгороди стоит соседка. Снял картуз:

– Доброго здоровьица соседушка! Дела, как сажа бела!

– Немцы то стоят у вас? – продолжила она.

– С утра съехали!

– А у меня до сих пор полна горница, как тараканы, а гогочут то словно гуси! Все продукты подъели, да повывезли! – слезливо пожаловалась женщина, – Как жить буду? Не знаю! А у вас?!

– У нас тоже все вывезли!

Дед, плюнув в ладонь, загасил окурок и положил его в карман.

– Ладно, соседушка, всего тебе доброго! – повернулся Прокофий, собираясь идти к дому.

– О, хо, хо! – завздыхала женщина и, придав голосу заговорщицкие нотки, спросила вполголоса, – А, что у тебя, никак кучи новые на огороде появились?! Али спрятал что?!

Дед остановился. «Ишь, зараза глазастая, все замечает!» – подумал он. Хотел ответить, но передумал и, не поворачиваясь, пошел в дом.