Навстречу судьбе

Парикмахер еще хотел съязвить, но он вскипел, не помня себя, зло оборвал его: «Ты, папаша, тоже хочешь отметину схлопотать на своей бестолковке? Я тебе это вмиг устрою!» Бесконвойник умолк. А потом промямлил: «Уж нельзя пошутить».

После суда Лешку в тюрьме долго не держали. По первому же набору этапировали.

Над воротами лагеря, к которому его подвезли, висел транспарант из красного полотнища, на котором белыми буквами было начертано: «В условиях социализма каждый выбившийся из трудовой колеи человек может вернуться к полезной деятельности».

К концу дня Кривошеева вызвал к себе начальник отряда. «Вот что, гражданин хороший, – сказал он ему. – Ты попал в бригаду, борющуюся за звание отличного труда и примерного поведения. Будешь хорошо работать, участвовать в общественной жизни лагеря, представим тебя к условно-досрочному освобождению. А будешь лениться, пассивно относиться к интересам бригады и нарушать правила установленного порядка, гляди, это к добру тебя не приведет. Иди устраивайся.

Помни, каждый твой шаг мне будет известен!»

В первое же утро, во время подъема, Лешка встал с постели, хотел одеться, но у него не оказалось хлопчатобумажного костюма, который только вчера получил. Кто-то сменил на старый. Все оделись, а он стоял посреди секции и молча возмущался. Для него непонятно было, как это можно жить в одном помещении и у другого подменить одежду. Вдруг услышал осиплый, но властный голос, обращенный к нему: «Бригада на завтрак собралась, а ты что стоишь, или думаешь, тебе маменька завтрак принесет!» Лешка увидел перед собой пожилого мужчину с аккуратно подстриженной бородкой, который крикнул в толпу: «А ну, пусть та крыса, что у нас появилась, вернет барахло пацану!» Через минуту костюм х/б был возвращен Лешке.

Кривошеев очень удивился, когда рослый мужчина по кличке «Проныра» с одного окрика послушался худощавого на вид старика.

После завтрака конвой повел бригаду в промышленную зону – строем. Замыкающим шел бригадир. Рядом оказался Лешка Кривошеев.

Хоть конвой и предупредил бригаду, чтобы в строю не разговаривали, но как тут вытерпишь, когда до рабочей зоны целый километр. И первым это правило нарушил бригадир. Он вполголоса обратился к Лешке: «С сегодняшнего дня ты будешь работать с Василием Васильевичем». – «С тем, что с бородкой? – переспросил Лешка. – Дед-то уж очень грозный». – «Он “крыс” терпеть не может. “Проныра” недавно переведен к нам из другой бригады и трудно привыкает к нашему порядку.