Рассказы старого гусара. Елисаветградский гусарский

Николай Степанович стремительно обернулся. Рука, словно сама собой опустилась на эфес.

Перед ним высился казачий разъезд. Трое верховых внимательно оглядели полковника.

– Что делаешь в месте расположения полка?

– Полка? – прикинулся непонимающим Адабаш, – Какого?

Ближайший казак молодцевато подкрутил усы.

– Как какого, – несколько высокомерно отвечал он, – нашего Новослободского.

– Значит, я прибыл именно туда, куда собирался, – Николая Степанович демонстративно щелкнул эфесом об устье ножен.

– И что тебе тут нужно?

Наконечник казачьей пики уставился в грудь недавно назначенного полковника. Адабаш медленно попятился к Чалому.

– Не балуй! – проговорил он назидательно, – не дай Бог, случись чего.

– Я тоби покажу, не балуй, – грозно заявил казак, отводя руку для удара.

Николай сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул. Чалый встряхнул головой. Звякнули металлические части уздечки. Стройные ноги скакуна переступили, заслоняя полковника от острого жала пики. Одним плавно-стремительным движением Николай взлетел в седло.

– Прекратить! – строго скомандовал полковник, – так-то вы встречаете командира! – и грозно спросил казака, – Кто такой будешь?

Казак от неожиданности натянул поводья, заставив лошадь попятиться. Он неуверенно обернулся к одному из спутников.

Тот медленно выехал вперед, отстранив ошеломленного казака в сторону. Рука рванулась к головному убору в неуклюжей попытке отдания чести.

– Сотник Лишевьский, – представился он, и тут же вопросил, – а как вас звать-величать?

– Полковник Адабаш Николай Степанович, ваш новый командир.

– Капитан Быков, – с некоторой ленцой отвечал Лишевьский.

– А ну-ка, проводите меня к хате этого самого… капитана Быкова! – приказал Николай Степанович.

Казачий разъезд повернул скакунов.

– Следуйте за нами, – бросил сотник, избегая обращаться к полковнику должным образом.

Тщательно выбеленная хата полковой администрации оказалась окруженной праздной толпой казаков.

С шумом распахнулась дверь, ударившись о столб крыльца с такой силой, что посыпались куски штукатурки. В расстегнутом кафтане на пороге появился человек, основательно помятый как после сна.

– В чем дело? – громко спросил он, оглядывая толпу прищуренными глазами.

– Господин капитан, – сотник Лишевьский приложил руку к голове, – прибыл новый полковник… – он обернулся к Николаю Степановичу.