Рассказы старого гусара. Елисаветградский гусарский

– А я могу тебе… Впрочем, Фома, могу, – полковник поправил шапку, впервые обратившись к сотнику по имени, – у нас есть нечто важное, чтобы сообщить Муравьеву, что Османская империя планирует вступить в войну… У нас есть с чем возвращаться к коменданту…

– А письмо?

– Доставим. Это не трудно…

Елисаветградцы

Елисаветградский пикинерный

Розовые мраморные ступени Польской лестницы монотонно отвечали на звук шагов. Башмаки сенатора Петра Ивановича четко печатали шаг по широким ступеням дворца рядом с постеленным ковром.

Мерно стучали каблуки по мрамору. Укоризненно взглянул на брата Никита. По лицу скользнула гримаса. Никита демонстративно промокнул потное лицо надушенным платочком.

– Не пора ли оставить солдафонские привычки, – небрежно проговорил он, обращаясь брату.

– Как-нибудь постараюсь, – буркнул генерал-аншеф[2 - Согласно воинскому уставу Петра I, принятому в 1716, генерал-аншеф – главнокомандующий, равный фельдмаршалу, хотя на практике стоял ниже его.

В Табели о рангах 1722 оно соответствовало II классу.], ступая на ковер.

Теперь толстые ковры заглушали шаги.

– Вот, то-то же…

– А ты что, опасаешься вновь в немилость попасть? – со скрытой улыбкой добавил Петр.

Никита молча покачал головой.

Братья двинулись дальше.

Золоченые решетки потянулись мимо, сверкая в лучах многочисленных свечей. Бесшумно открылась под воздействием невидимых рук широкая дверь.

Перед сенаторами предстал просторный зал, обрамленный гладкими колоннами.

Огромные люстры с немыслимым количеством свечей словно давили на вошедших. Но братья Панины старались не замечать тяжеловесности золоченых сооружений.

Многочисленные портреты и статуи провожали степенных сенаторов удивленными взглядами. Остановиться бы и рассмотреть. Но некогда. Спешные дела заставили братьев обратиться к самой императрице.

В залах императрицы копошились слуги, старательно натирая протопленные печи льдом.

Никита Иванович понимающе хмыкнул. Ясное дело. Не терпела Екатерина горячих печей.

Требовала, чтобы в помещении было тепло, а стенки печей оставались холодными. Вот и приходилось слугам трудиться.

У входа в тронный зал сенаторов остановил офицер.

– Господа сенаторы, императрица ждет вас в кабинете. Я провожу.

– Не стоит, братец, – возразил генерал, – мы найдем.

Екатерина сидела за столом в простом наряде, без всяческих атрибутов власти. Перед императрицей россыпью расположилось множество бумаг.