Хроника кровавого века – 4. Времена смутные

Утром Фёдор пил чай с Иваном, а из Крутеньков прискакали Митька Краснов с Прохором Балакиревым.

– Здорово дневали хозяева дорогие, – Митька перекрестился на образа.

– Слава Богу, – встал с табурета Иван. Он указал рукой на стол: – Отведайте казаки наш хлеб-соль.

– Спасибо за угощенье, но нас в Крутеньках покормили, – Митька уселся на лавку возле окна, а Прохор остался стоять. Нехорошо казаку при господах офицерах сидеть, хоть один из них его младший брательник, а с другим в детстве лошадей вместе пасли.

– Красных на станции всего одна рота при двух пулемётах, – на стене висело зеркало, и Митька уселся как раз напротив него. Глядя в зеркало, он пригладил свой чуб: – Вмиг изрубим большевиков как капусту.

– Больно ты скор Митька, – покачал головой Прохор. Он кивнул в окно: – Ты когда по степи ехал, меловые холмы видел?

– Ну? – Митьке так и не удалось пригладить свой непокорный чуб.

– Их казахи «мары» зовут, – Прохор погладил свою окладистую бороду. Он улыбнулся: – Вокруг станции семь таких меловых холмов.

Пугачёв на этих марах отрубил головы семи казацким старшинам. По одной голове на каждом холме. Оттого и название хутору дали «Семиглавый Мар».

– К чему ты всё это говоришь Прохор? – Митька облокотился о подоконник.

– К тому, что больно ты легкомысленно рассуждаешь. Как бы нам не сложить свои головы возле Семиглавого Мара.

– Вот казаки нынче пошли, никакого почтенье к господам офицерам! – улыбнувшись, хлопнул себя по коленке Митька.

Он покосился на свой погон с одной маленькой звездой: – Только и могут пугать начальство.

– Спасибо за хлеб-соль хозяева, – Фёдор встал из-за стола. Он подошёл к лавке, на которой лежала его фуражка, взял её в руки и перекрестился на образа: – Станцию атакуем с двух сторон, а там как Бог даст.

С первых выстрелов Митька Краснов был убит, а казаки его сотни повернули назад. Прохор Балакирев собрал их и повёл в новую атаку. С противоположной стороны на станцию ворвалась сотня Фёдора Балакирева.

Гарнизон, оставленный Чапаевым для охраны железнодорожной станции, состоял из солдат бывшего 138 запасного пехотного полка, дислоцировавшегося в Николаевске. Большинство из них были фронтовиками, потому солдаты не запаниковали, закрепились в здании вокзала и отстреливались.

– Ничего, у красных кончатся патроны, и мы их возьмём, – подбадривал казаков Фёдор Балакирев. Он перекрестился: – Кому Бог поможет, тот всё переможет.