Позывной «Курсант». Книга вторая

– Ты меня понял, Алексей? – Повторил Николай Николаевич и снова покосился в мою сторону строгим взглядом.

Я моргнул. Два раза. Соображая, что ответить. А потом от души, искренне сказал:

– Конечно, понимаю. Ответственность, все дела. Будем стараться, товарищ старший лейтенант государственной безопасности.

– Да… – Клячин удовлетворенно кивнул. – Поэтому тебе надо думать о своём долге, а не о личных амбициях. С Цыганковым этим… На хер он тебе был нужен? Дурак же от рождения. Фартовый, но дурак. Нет, Игорь Иванович вопрос решит.

Не сомневайся. Но в твоем поведении много недопустимого. Ты давай, бросай это дело, ещё раз говорю. Нам с тобой много дел предстоит. Я в тебя верю, Алексей. Большие надежды возлагаю. Думаю, через годик, другой будешь где-нибудь среди буржуев на страже Родины стоять. В Берлине, например…

Твою ж мать… Вот так я чуть не ляпнул вслух. Издевается он, что ли? Только расслабился. Успокоился. Подумал, раз Клячин от Леонида не добился нужного результата, то и мне можно не дергаться.

А он опять… Берлин… Или совпадение это?

– Да посмотрим, конечно… – Я пожал плечами, стараясь выглядеть все тем же открытым, простым пацаном, которому можно по ушам ездить сколько угодно. – Но вообще, спасибо. Что поддерживаете. Помогаете.

– Хватит тебе, Алексей! – Николай Николаевич небрежно махнул рукой и свернул к парку “Сокольники”.

Вообще, ехать по старой, довоенной Москве было очень непривычно. Вроде все знакомое, а с другой стороны – ни черта подобного.

Ну, то, что прибыли мы к известному месту развлечений я, конечно, понял. Тут не ошибёшься.

– Ты пойми, Алексей, прикипел к тебе. Вот с первого взгляда понял, хороший ты парень. Правильный. Так что имей в виду… – Клячин снова повернулся и посмотрел на меня теперь уже добрым, родственным взглядом. – Всегда можешь говорить о своих проблемах или переживаниях. Я на твоей стороне. Могу, конечно, и пожурить. Даже выдрать ремнем, если что. Меня вон батя в детстве вожжами знатно охаживал… Но за дело! И вырос я достойным человеком.

– Ага… – Улыбка у меня получилась даже почти натуральная. – Спасибо! Вы прямо, как отец родной.

Мы оба замолчали. Видимо, чекист немного прихерел от моих слов. Насчет отца. Потому что звучало это, конечно, бредово. Клячин, мне показалось, даже немного поморщился и вроде задумался. Соображал, наверное, это он так классно заливает, или я такой идиот. Ну, какой, к чертовой бабушке, отец? Знаем друг друга без году неделю.