Морской царь

Послы коротко переговорили между собой на своем языке.

– Это будет почти пятьдесят тысяч дирхемов, – объявил Хосрой. – У нас столько нет.

– Отработаете. Десять дирхемов – это пятьдесят дней работы. Три дня будете работать на свой выкуп, три дня на себя, это тяжело, но можно справиться.

– Но ты не будешь препятствовать нам переселиться в Хазарию?

– Как только рассчитаетесь за мою военную помощь – не буду.

Послы снова посовещались.

– Хорошо, мы согласны, – сказал Хосрой.

– Ты, князь, неисправим, – осуждающе высказалась Калчу, когда послы ушли в гостевые юрты.

 – На уме только дирхемы и ничего, кроме дирхемов.

«Ближние» с любопытством ждали, что ответит Рыбья Кровь.

– Чувство благодарности – самое ненадежное среди человеческих достоинств, – с удовольствием принялся объяснять ей князьтархан. – Если я их спасу без всякой оплаты, то они, конечно, будут нам благодарны… в первый год. Но со второго года начнут меня уже ненавидеть за то, что я такой щедрый и великодушный.

Зато когда требуешь оплату, то тогда уже они начинают себя чувствовать выше корыстного князя, и это поможет им вернуть себе самоуважение и независимость. Разве ты сама со своими кутигурами не прошла через это?

– Признавайся, признавайся! – со смехом поощрил воительницу Корней.

– Так ты еще тогда все рассчитал?! – чуть по-детски удивилась Калчу.

Дарник только рассмеялся в ответ.

О том, кто пойдет в поход, споров почти не было: каганская хоругвь, лурская и две словенские – все те, кто хорошо проявили себя за зимовку.

В последний момент к войску добавилась еще хоругвь Радима из кутигуров, ромеев и хазар. В пяти днях пути по карте отца Алексея на Хорезмской дороге на берегу реки находились развалины древнего караван-сарая. Решено было, что две хоругви останутся там возводить опорную крепость и устанавливать Ватажную гоньбу в Дарполе. А три хоругви пойдут дальше. Если магометане окажутся сильнее, походное войско отступит к опорной крепости, а потом с подкреплением снова ударит по возомнившему себя победителем противнику.

– Если возьмешь колесные пращницы, я тоже с ними должен ехать, – напомнил о себе Ратай. – Ну хотя бы в эту опорную крепость.

– В поход будешь ходить, когда чуть-чуть поглупеешь, а пока ты нужен здесь, – не поддался на уговоры Дарник.

Наместником в Дарполе князь оставлял Агапия, забирая Гладилу с собой в будущее пограничное городище.