Джонсоны

Была бы возможность, он оградил бы себя от любого общения с людьми.

– Ваш хот-дог, сэр, – продавец прервал его мечты.

– Сдачи не надо, – холодно ответил он и взял хот-дог.

– Спасибо, сэр, – с улыбкой до ушей сказал продавец и слегка наклонил голову.

Но Джош уже не слышал его слов и тем более не видел его движений. Какой же он божественный, пожалуй, это самая вкусная еда в мире, когда разбогатею, буду питаться только ими. Джош медленно кусал его, долго пережёвывая, наслаждаясь каждым кусочком, не обращая внимания на то, как кетчуп с горчицей размазываются вокруг его губ.

Он испытывал блаженство, такая простая еда, а столько наслаждения. Он чувствовал, как горячая сосиска проходит весь путь от рта до желудка. Для окончательного расслабления не хватало только опуститься на мягкое кресло, и так сойдёт. Закончив трапезу, он вытер рот правым рукавом рубашки, закатал её, чтобы не было видно грязных следов, подошёл к автомату с напитками, засунул туда монету, налил воды и запил свой перекус. Теперь осталось только дождаться автобуса.

Время шло, он достал из кармана брюк часы на цепочке. Это всё, что осталось у него от родителей. На внутренней крышке была выцветшая фотография, на которой он был запечатлён с ними тем злополучным вечером. Как бы он ни ненавидел их, часы были ему дороги как память. Джош надеялся, когда-нибудь, когда он станет успешным и богатым, найдёт их и выскажет всё, что думает об их поступке, чтобы они поняли свою ошибку и на коленях просили прощения.

На войне он выжил только благодаря этой мысли. Часы показывали три двадцать пять после полудня. Прибытие автобуса – через пятнадцать минут. Людей на остановке было немного.

Когда подъехал автобус, Джош зашёл в него первым.

– До Сент-Луиса, – он передал билет водителю и сразу устремился в конец автобуса, чтобы во время дороги никто не мешал и не ходил возле него.

Помимо него и тех, кто зашёл вместе с ним, в автобусе было еще пять человек. Все сидели по отдельности. Примерно половина мест была свободна.

В общей сложности на дорогу уйдёт сорок один час. Будет время выспаться и обдумать планы на ближайшее будущее. Джош расположился поудобнее и уснул.

– Альбукерке, стоим пятнадцать минут, – объявил водитель автобуса.

Джош посмотрел на часы: половина шестого утра. Если бы сильно не хотелось в туалет, то он бы и не встал с места, так удобно расположился. Выйдя на улицу, он направился к небольшому зданию с надписью «Туалет».