Дюжина межгалактических мерзавцев

Торговцы и сутенеры слетались на меня, словно федеральные агенты на засвеченную точку по продаже наркотиков.

Случалось и так, что одна из девушек с ограбленного корабля привлекала внимание кого-то из моих головорезов. Против подобных забав я не возражал. Порой и мне самому оказывалась по душе та или иная пленница. И мне хотелось схватить ее в охапку и затащить к себе в каюту. Но я обычно сдерживался. Не вижу смысла в насилии в любовных делах, если оно не доставляет удовольствия обеим сторонам. Действовал я только в том случае, если девица сама проявляла рвение.

Ну, знаете, все эти женские трюки: «Ударь меня! Ударь посильнее!» Может, я и не слишком хорош собой, но мужского обаяния во мне хоть отбавляй: редкая шлюха возражает против того, чтобы позабавиться с самим капитаном Лео Глуцем.

В те времена я брил голову и носил красную бандану, а в ухе массивную золотую серьгу. Выглядел я как человек, способный перерезать горло даже председателю Верховного совета Федерации, если потребуется.

Однажды мы грабили грузовик в созвездии Андромеды.

Под угрозой залпа из всех орудий произвели стыковку, ворвались в корабль.

– Лео, – сказал пилот. – Ты?

Он стоял, закрывая собой проход в коридор. Олег Викторов почти не изменился. И я бы, быть может, отпустил его восвояси с грузом, но позади меня шумела абордажная команда, два десятка самых отчаянных парней – они таких вещей, как дружба, не понимают и, что еще важнее, не прощают. Поэтому я грубо оттолкнул бывшего приятеля:

– Посторонись, если хочешь остаться в живых! – Затем обернулся к своим головорезам: – Этого не трогать.

Он мне еще пригодится.

С гиканьем и улюлюканьем пираты устремились по коридору. Команду согнали в технические отсеки и там заперли. Груз – несколько тонн концентрированного топлива, подсоединив шланги, перекачали в резервуары нашего корабля. То, что не влезло, расплескали по космосу.

– Значит, вот как, – пробормотал Олег. Он единственный остался на свободе и имел возможность лицезреть разбой.

Не знаю, почему я не захотел, чтобы его изолировали с остальными. Может, мне хотелось насладиться триумфом. Мол, погляди старый друг, и я чего-то стою. Но триумфа не получилось. Олег смотрел на меня с таким презрением и ненавистью, что я не выдержал и от души приложил его рукоятью лазерного пистолета по лбу.

Эпизод этот отчего-то навсегда запечатлелся у меня в памяти. Он никак не дает мне покоя. Иногда даже такой человек, как я, оглядывается назад.