Мавры при Филиппе III

 – Ему ужасно хотелось поскорее со всем этим покончить.

– Нет, вам нельзя возвращаться. После этого вы пойдете со своим отрядом к воротам Карла V и примкнете к колонне, которая там будет выстроена для встречи короля.

– Я! – вскричал Хинес, сдерживая досаду.

– Да, конечно, вам первому принадлежит эта честь. Оттуда вы обязаны сопровождать короля до дворца, где можете стоять в карауле до утра.

– Я! Все я! – повторил трактирщик с отчаянием.

– Это одна из наших привилегий! Никто не смеет отнять ее у нас, вы сами сказали.

Теперь идите, я не держу вас.

– Идем! – вскричали солдаты, гордясь своим начальником.

И бедный трактирщик, проклиная достоинство, стоящее ему так дорого, отправился блюсти безопасность Пампелуны, бросив скорбный взгляд на свой дом, который он должен был оставить на расхищение.

Между тем Пикильо, верный своему слову и стараясь заслужить обещанную награду, бегал по улицам и кричал во все горло:

– Да здравствуют фуэросы!

Никто его не останавливал. Одни не смели высказать свое мнение, другие боялись, а третьим было решительно все равно.

Только несколько праздных мальчишек, бродивших по улицам в качестве зевак, которые охотно следуют за первым барабаном, за первым зрелищем, какое только представится, присоединились к крикуну и помогали ему. Скоро свита его увеличилась встречными ребятишками, и Пикильо, стремясь вперед, продолжал со всеми хором кричать: «Да здравствуют фуэросы!» Как вдруг из-за угла одной перекрестной улицы вышла другая армия, такой же силы, такого же возраста, но только не того знамени. Она очертя голову кричала: «Долой фуэросы!» Между такими противоположными партиями, казалось, произойдет сражение. Но, к изумлению обеих армий, генералы остановились, подали друг другу руки и поцеловались.

– Пикильо!

– Педральви!

– Что ты делаешь?

– Кричу.

– И я тоже!.. Люди губернатора дали нам денег, чтобы мы кричали: «Долой фуэросы!». Мне одному досталось три реала, за то я и стараюсь.

– А мне так ничего не дали, – скромно отвечал Пикильо, – но только обещали дать один реал.

– Так лучше пойдем с ними! – вскричали солдаты генерала Пикильо и перебежали под неприятельское знамя.

И обе армии, соединясь, продолжали возмутительное свое шествие с усиленным криком:

– Долой фуэросы!

До сих пор они не встречали никакого сопротивления и почитали себя полными властителями улиц Пампелуны, но вдруг перед ними явилась другая грозная рать, солдаты с алебардами и сержантом.