Слово мудрости. Афоризмы, размышления, наставления. Книга первая

Это прежде всего нежелание и неумение брать на себя ответственность за свою жизнь, проявлять инициативу, уважать личность и мнение другого человека…

    Вильгельм РАЙХ

Вообще говоря, теперь ясно, что фашизм – это не дело рук какого-нибудь Гитлера или Муссолини, а выражение иррациональной структуры массового человека.

    Вильгельм РАЙХ

Фашизм в Германии объяснялся не политикой отдельных вождей, а широкими народными настроениями. Политик способен корректировать ситуацию, но в весьма ограниченных пределах, и естественно, не меняя сути.

    Неизвестный автор

Термин «фашизм» не более оскорбителен, чем термин «капитализм». Это понятие означает определенный тип массового руководства и массового влияния: авторитарную, однопартийную, а следовательно, и тоталитарную систему, в которой интересы власти преобладают над объективными интересами, а факты искажаются в угоду политическим интересам. Поэтому можно утверждать, что существуют «фашисты-евреи» и «фашисты-демократы».

    Вильгельм РАЙХ

Следует признать обоснованность формулы: «Человеку нужны руководство и дисциплина», «авторитет и порядок», если учесть существование антисоциальной структуры личности. Фашистская идеология имела самые лучшие намерения. Те, кто не признавал субъективную честность фашизма, не могли понять его привлекательности для масс.

    Вильгельм РАЙХ

И никто не задумался над вопросом, почему широкие слои населения, оказавшиеся в крайней нищете, пришли к национализму.

    Вильгельм РАЙХ

За годы «тяжёлых времён» в обществе накапливаются раздражение и агрессия, которые потом находят выход в варварских актах геноцида.

    Неизвестный автор

Немецкий фашизм, с присущей ему политической беспринципностью, обещал всем все.

    Вильгельм РАЙХ

Для того чтобы занять высшее общественное положение в условиях социального хаоса, необходимо лишь обладать достаточной хитростью, невротическим честолюбием, волей к власти и грубостью.

На протяжении последних двадцати пяти лет мы наблюдали, как посредственный журналист доводил до звероподобного состояния пятьдесят миллионов здоровых итальянцев и в конечном счете ввергал их в бездну страдания. Двадцать пять лет волнений по пустякам, кровопролития и грома пушек закончились бесславно. Всех охватило чувство разочарования. «Все оказалось бесполезным».