Воспоминания. Мемуарные очерки. Том 1

Два впечатления остались в моей памяти из нашего путешествия в Петербург. В каком-то городишке, кажется в Сураже[265 - Сураж – в 1781–1796 гг. центр Суражского уезда Новгород-Северского наместничества, сейчас административный центр Суражского района Брянской области.], где мы пробыли двое суток, ожидая возвращения человека, посланного с письмом к какому-то родственнику, квартировал полк или батальон. Я видел ученье. На выгоне, за самою заставою, выстроен был батальон в одну шеренгу и делал ружьем приемы по флигельману[266 - Флигельман – старослужащий солдат или унтер-офицер, демонстрировавший перед строем ружейные приемы.

], который стоял на крыше небольшого сарая или бани. Для флигельмана устроена была платформа из досок. Полковник сидел в некотором отдалении от фрунта, в креслах, и курил трубку. Несколько офицеров стояли возле него и разговаривали с ним, а майор командовал. Это остатки воинской дисциплины Екатерининских времен, которых, без сомнения, уже никто не увидит. В Могилеве, где мы прожили целую неделю, потому что братья матушки приехали к ней нарочно для свидания и совещания, один родственник повел меня в иезуитскую школу. Я удивился, увидя усатых школьников. Одного из этих усачей профессор (как называли себя иезуитские учители) поставил на колени. Возвратясь домой, я сказал матушке: «Если ты отдашь меня к иезуитам – я убегу». – «Куда?» – спросила она. «В Высокое, к Цыхре!» – «А если он тебя не примет?» – «Пойду в солдаты», – отвечал я решительно.

В Петербурге мы остановились у Осипа Антоновича Козловского, друга нашей фамилии, бывшего директором театральной музыки.

Он жил в доме Льва Александровича Нарышкина, на Мойке, противу Новой Голландии[267 - Новая Голландия – два искусственных острова, ограниченные Мойкой, Крюковым и Адмиралтейским каналами, на которых были размещены склады корабельного леса. Возведенный по проекту С. И. Чевакинского и при участии Ж. Б. Валлен-Деламота архитектурный промышленный комплекс является памятником архитектуры классицизма. ], рядом с домом, который занимал сам Лев Александрович, где ныне Демидовский дом трудящихся[268 - Демидовский дом трудящихся – Санкт-Петербургский дом призрения трудящихся, построенный на пожертвования мецената, камер-юнкера Анатолия Николаевича Демидова (1812–1870), и открытый в 1833 г. на набережной Мойки. Ныне здесь располагается корпус Национального государственного университета физической культуры, спорта и здоровья имени П. Ф. Лесгафта.].