Дин Рид: трагедия красного ковбоя

С этого момента коммерческий успех стал цениться намного больше, чем кинематографическое творчество.

– Короче, с кино у вас та же история, что и с музыкой: творец борется с коммерсантом, – предположил Вайс. – Но бьюсь об заклад, что у вас все-таки есть дело, которое приносит вам настоящее творческое удовлетворение. Сказать, какое?

Дин не стал ничего отвечать и только вопросительно взглянул на собеседника.

– Уверен, что вы активно набиваете руку как серьезный поэт. Все-таки те песенки, которые вы писали и исполняли на пластинках, типичная эстрада без всякой претензии на глубокую мысль.

– Скажу честно, до Дилана я недобираю, – улыбнулся в ответ Дин.

– Это вам так кажется из ложной скромности, – ответил Вайс. – Вы лучше прочтите мне что-нибудь, я уж со стороны оценю.

Дин на секунду задумался, поскольку до этого момента еще никому, кроме Патрисии, не читал вслух своих произведений. Однако этот немец внушал ему почему-то доверие, да и вино делало свое дело, так что пауза, взятая нашим героем, длилась недолго.

– Я прочитаю вам небольшой отрывок из своего последнего стихотворения. Оно называется «Ты этого не испытал».

Дин откинулся на спинку стула и начал декламировать строчки, которые знал наизусть:

Не пожелаю ни врагу, ни другу

Идти всю жизнь по замкнутому кругу…

Ты этого не испытал, нет, нет…

Ты этого не пробовал, однако:

Днем просыпаясь, жить в кромешном мраке…

О, столько горя в нашей круговерти,

Что многим выход видится лишь в смерти,

Ты этого не испытал, нет, нет!

После того как Дин замолчал, тишина за столом длилась в течение нескольких секунд.

– Вы можете счесть это за лесть, но мне понравилось. Судя по ритму, это уже готовая песня. Причем не хуже, чем пишет тот же Дилан.

– Спасибо за комплимент, – ответил Дин, вновь прикладываясь к бокалу. – Но вы угадали – это на самом деле готовая песня.

– Ну, это пустяки, – махнул рукой Вайс. – Было бы желание, а время и место всегда найдутся.

Дин тогда счел эту фразу всего лишь пустой формальностью, однако уже ближайшее будущее покажет, насколько прав оказался этот немец.

Между тем первая попытка Дина и Патрисии обзавестись ребенком оказалась неудачной: сохранить младенца не удалось. Патрисия вернулась домой подавленная, да и Дин тоже переживал.