Путешествие Черного Жака

В натуру Габи просто не было заложено такое «неважное» качество. Стеснение?! Да вы что?! Есть такое?! Ну и ну!

Поэтому я имел возможность всегда наблюдать за ней. Я сидел за дубовым столом и усиленно делал вид, что изучаю колдовскую книгу – мне поручили разучить очередную тарабарщину из каббалистических знаков заклинательного характера, – на самом деле, подняв глаза над страницей, я смотрел, как она, высоко задрав тонкую гладкую ногу всю в клочьях мыльной пены, медленно водит по ней остро отточенным кинжалом…

Завершив этот обряд, Габи поднималась из ароматной ванны.

Ее изящество сказывалось во всем. Слегка поддерживая массивную для такого тонкого тела грудь, Габи делала несколько шагов, при этом я имел возможность разглядеть шелковистый треугольник золотистых волос ниже ее округлого живота, затем она заворачивалась в тонкое покрывало и, усевшись перед зеркалом, которое не раз пыталась извести Селена, принималась расчесывать рыжие волосы бронзовым гребнем.

Это зрелище и сейчас у меня перед глазами. Грациозная, словно богиня, белокожая, подобно статуэтке из слоновой кости, Габи перешагивает через серебристый бортик ванны с мыльной водой, скосив на меня насмешливый зеленый глаз, и солнечный луч отсвечивает на ее крутом бедре и полукружиях крепких ягодиц.

… Когда мне исполнилось шестнадцать, ведьмы решили отпраздновать день, когда я был привезен в маленький домик, окруженный густым лесом, в предгорной долине. Я безвылазно прожил здесь долгих десять лет и уже давно называл его своим домом.

Что за угощение они приготовили! Видели бы вы этот стол – он буквально ломился от яств. Запеченные в яблоках куропатки, трюфеля, экзотические фрукты, жареный барашек, рыбное филе под соусом, антрекот, около сорока видов всевозможных салатов, диковинные блюда: ростки фасоли и яйца огагули, распахнутые раковины глазорупии…

Я восторженно взирал на все это великолепие, предвкушая потрясающее пиршество. Несколько лет назад у меня вдруг прорезался дикий аппетит, и теперь, если ведьмы хотели мне угодить, они готовили что-нибудь вкусненькое.

К тому времени бурный период полового созревания у меня уже завершился. Я весьма интересовался женщинами и всем, что было так или иначе связано с сексом. За прошедшее время я превратился в высокого худощавого юношу с крючковатым носом и цепким взглядом почти желтых глаз. Полагаю, если бы не принимаемые мною в большом количестве эликсиры, я бы выглядел совсем иначе.

– Дай-ка я тебя поцелую, мой дорогой, – сказала Габи.