Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей

Нарушение случилось в центре поля, значит никакого «пеналя» быть не должно.

– Кузя, а рожа у тебя не треснет? – преграждая рыжему дорогу, завопил ему прямо в лицо Славка Гвоздев, который был самым старшим из всех играющих – ему шел четырнадцатый год.

– Ваш Кыра нашего игрока уделал – значит, будет «пеналь»! – с не меньшим запалом, чем его визави, выпалил Кузя.

– Никого он не уделал – вон ваш немчура уже и голосить перестал. Малость полежит и опять забегает. Бей штрафной от центра.

– А я сказал, Гвоздь, «пеналь» будет! – Кузя, хоть и был тщедушнее Славки, но, выпятив вперед грудь, стал наступать на своего противника.

В воздухе явственно запахло дракой. До нее оставались считанные секунды, когда над футбольным полем раздался чей-то залихватский свист. Все повернули головы и увидели человека, которого меньше всего хотели бы видеть. Это был Генка Стеклов по прозвищу Штырь. Сын уголовника-рецидивиста и матери-алкоголички он был грозой окрестной детворы, которая одновременно боялась его и уважала.

Несмотря на свой жестокий нрав, Генка был справедлив и порой даже сентиментален.

– Что за шум, а драки нет? – играя папиросой в углу рта, спросил Генка, приближаясь к Кузе и Гвоздю.

– Да вот, Кузя нас новым правилам учит, – ткнул рыжего кулаком в груд Гвоздь. – Немчуру вон где сбили, а он решил нам «пеналь» пробивать.

– Потому что ваш Кыра грубо играет – чуть ногу ему не сломал.

– Чуть не считается, – был неумолим Гвоздь.

– А ну-ка, шантрапа, замолчь! – осадил спорящих Генка и повернулся к Жеке: – Немчура, брысь ко мне!

Женька встал с земли и поковылял на зов Штыря.

Глядя на то, как он идет, тот усмехнулся:

– А ты, Кузя, нам баки забиваешь, что он ногу сломал. Глянь, как марширует – будто конь Буденного на военном параде.

Когда Жека подошел к нему на расстояние вытянутой руки, Генка забрал у Кузи мяч и, передав его Жеке, сказал:

– Ковыляй до места своего падения и бей оттуда штрафняк. А ты, Кыра, запомни: идти на игрока с прямой ногой – значит, сделать его инвалидом.

Вдруг наш Жека когда-нибудь станет Пекой Дементьевым или Серегой Ильиным, а ты ему на самом взлете всю мазу поломаешь.

– Не будет из немчуры футболиста, – подал голос Гвоздь, – он хоть и шустрый, но больно малохольный. А вот из Кыры толк может получится.

– На пари нарываешься, Гвоздь, – Генка выплюнул изо рта потухшую папиросу. – У Кыры техника хорошая, но башка деревянная – прет вперед, как танк.