Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей

– Зато ты у нас умный, – девушка повернулась на другой бок – лицом к Егору. – Хорошо, пусть не про «Дизелист», а про «Спартак» – сути дела это не меняет.

– Не про «Спартак», а про Александрова.

– А кто это? – спросила девушка, которая хоть и встречалась уже около полугода со спортивным журналистом, но в спорте почти не разбиралась.

– Я же говорю – дура, – все так же беззлобно повторил Красовский.

– Чем ругаться, лучше бы рассказал, кто это такой, – без тени обиды попросила девушка.

Бросив на возлюбленную короткий взгляд, журналист сообщил:

– Борис Александров – игрок ЦСКА.

Молодой, но очень талантливый – год назад он даже стал Олимпийским чемпионом. Но есть у него ахиллесова пята – невыдержанный он, драчливый. Вот и попадает в разного рода истории. Два дня назад, например, так толкнул во время игры своего соперника на борт, что тот потерял сознание и угодил в больницу. И мой главный теперь хочет, чтобы я написал про это статью.

– Он что, такой сильный, этот твой Александров, раз с одного удара человека в больницу отправил? – продолжала интересоваться Анжела.

– Во-первых, он не мой, а во-вторых – он ростом с тебя будет, но наглости в нем на десятерых хватит.

– Симпатичный? – в голосе девушки послышались игривые нотки.

Вместо ответа Красовский встал с кровати и как был, нагишом и с сигаретой в зубах, отправился в другую комнату. Его не было около минуты. А когда он появился снова, то в руках держал вырванную страницу из какого-то журнала, на которой был изображен Александров.

Подойдя к девушке, Егор молча протянул ей фотографию. Анжела взяла ее в руки, но прежде чем начать разглядывать, заметила:

– Ты бы прикрылся чем-нибудь, а то смущаешь – вместо фотки я буду смотреть на твое «хозяйство».

Красовский хмыкнул и надел плавки, лежавшие на полу. А Анжела в это время стала с интересом разглядывать фотографию Бориса Александрова, сделанную в прошлом году – сразу после победы советской сборной на Олимпиаде в Инсбруке.

– И правда, симпатичный, – подтвердила свою догадку девушка. – Сразу видно: на такого парня девки штабелями вешаются.

– Ты бы тоже повесилась? – спросил Красовский.

– А почему бы и нет? Симпатичный, знаменитый, да еще при деньгах.

Услышав это, Егор, который застегивал пуговицы на рубашке, внезапно застыл на месте.

– Слушай, а ведь это эврика! – воскликнул он в следующую секунду.

– Какая еще эврика? – удивилась девушка.

– Ну, идея, значит.