Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей

Видимо, переезд в Москву и водоворот событий, захвативших его там, так сместил у него временные ориентиры, что он стал воспринимать свое недавнее прошлое, как предание старины глубокой.

10 февраля 1977 года, четверг, Усть-Каменогорск, квартира Александровых

Войдя в комнату, Александров прервал разговор женщин и обратился к матери:

– Мам, приготовь гостье завтрак, а я пока схожу к Алану. Он дома?

– Я же тебе вчера говорила, что он месяц назад с завода уволился. Где ему еще быть?

Алан Супреев, детский приятель Александрова, с которым они играли в юношеском составе усть-каменогорского «Торпедо», жил в этом же подъезде, только этажом выше.

Когда он увидел на пороге своего друга, то первые мгновения стоял как вкопанный, не в силах произнести ни единого слова. Да и потом, когда они обнялись и нежданный гость зашел в квартиру, Алан еще какое-то время хранил молчание, не веря в то, что к нему пришел его старинный приятель, с которым они не виделись около года – с тех пор, как Александров навещал мать сразу после Олимпиады в Инсбруке.

Они прошли на кухню, где в детстве частенько сиживали допоздна, когда приходили с хоккея домой и коротали время в спорах на всё ту же хоккейную тему. С тех пор на этой кухне мало что изменилось, даже вид из окна был прежний – внизу раскинул свои владения детский сад, а вдалеке виднелись корпуса Востокмашзавода, на котором некогда трудился Алан. Глядя теперь на его очертания, Александров спросил:

– Мать сказала, что ты с завода уволился?

– Не уволился, а уволили.

А вот почему, не спрашивай – длинная история.

– Из заводской команды тоже турнули? – усаживаясь на табуретку, продолжал свой допрос Александров.

– А вот это дудки – играю.

– Хорошо, а то я тебе новые краги привез. Зайдешь потом к матери, заберешь.

– Спасибо, знаешь, чем обрадовать старого приятеля.

– Зато ты не знаешь – зачем матери вчерашний «Советский спорт» показал?

– Так то не я. Вернее, не по моей вине вышло. Ей кто-то по телефону позвонил и про статью рассказал.

А она ведь знает, что я «Советский спорт» выписываю. Ну, естественно, пришла… Дальше сам понимаешь.

Друзья какое-то время помолчали, после чего Алан нашел в себе смелость спросить:

– Тебя самого из ЦСКА теперь турнуть не собираются?

– Если турнут, я сюда вернусь – буду за родное «Торпедо» гонять.

– Ты сам-то веришь в то, что говоришь? – усмехнулся Алан. – Наши вот-вот во вторую лигу вылетят, а ты возвращаться собрался.