За чужую свободу

Да, – задумчиво закончил он, – какая великая сила – молодость…

Он грустно вздохнул.

В эту минуту его заметила Ирина и, пользуясь минутой свободы, проскользнула к нему. Он ласково улыбнулся ей.

– Что, устала?

– Очень, – ответила она, – я бы хотела отдохнуть незаметно…

– Так Левон проводит тебя в твою гостиную, там, наверное, никто не потревожит тебя. Видишь, как все заняты, – сказал Никита Арсеньевич.

– Но я не хочу лишать князя удовольствия, – холодно сказала княгиня.

– Я не танцую и сам рад бы уйти от шума, – поспешно отозвался Левон.

– Ну, вот и отлично, – произнес старый князь, – а я пойду к старикам.

Левон подал руку княгине.

Действительно, в маленькой гостиной Ирины было пусто. Это не была одна из парадных комнат, открытых для гостей. Но все же гостиная, куда Ирина приглашала дам отдыхать, была убрана по – праздничному и походила на маленький сад.

Княгиня устало опустилась на низенький диванчик.

На ее лице не осталось ни признака недавнего оживления. Щеки побледнели, глаза угасли. Она рассеянно играла точеным веером из слоновой кости, украшенным редкими кружевами.

– Я, может быть, лишний, – начал Левон, не садясь. – Но все же я рад случаю видеть вас наедине.

Княгиня молчала.

– Быть может, это наше последнее свидание в жизни, – дрожащим голосом продолжал он. – Я завтра уезжаю.

На войне жизнь и смерть – дело случая. Кто знает, вернусь ли я.

Она нервно закрыла тонкий веер и молчала.

На энергичном лице Левона отразилось страдание.

– Вы молчите – пусть так, – продолжал он, – я много страдал в последние дни… после этого… И вы не откажете мне в утешении, которое ничего не стоит для вас и бесконечно дорого для меня…

Его голос прерывался.

– Что я могу сделать для вас? – с усилием произнесла она.

 – У нищего не просят хлеба.

– О, только слово, одно только слово, – воскликнул Левон, – и вы снимете с души моей тяжелое бремя… мучительных сомнений… Вы дадите мне последнее счастье унести в душе ваш образ чистым и незапятнанным…

Она напряженно смотрела на него.

– Я не понимаю вас, – глухо сказала она, – чего вы хотите от меня и какое мне дело до того, каким вы унесете мой» образ», как выразились вы?..