Аттила. Падение империи (сборник)

– Я внимаю тебе.

Хелхал сел поудобнее на своей мягкой подстилке, выставив колени, упершись в них руками и закрыв ладонями морщинистое лицо.

Все слабее и слабее горел фитиль в золотой висячей лампе, спускавшейся с узорного потолка на широком красном ремне. Некогда она горела в Иерусалимском храме Иеговы, потом была привезена легионерами Тита в Рим, взята императором Константином из пантеона и пожертвована в храм Св. Петра. А несколько лет назад папа Лев преподнес ее вместе с другими сокровищами гуннам, убеждая Аттилу не ходить войною на Рим.

Аттила же вздумал подарить ее Хелхалу. И теперь она, среди ночной тишины, сделалась свидетельницей такой потрясающей исповеди, какой не приходилось ей слышать на берегах Тибра.

Эта лампа, ставшая невольной путешественницей, освещала мягким, но в то же время и зловещим светом лица двух гуннов. Одно – властное, напряженное, словно искривленное от внутренней боли, и другое – накрытое ладонями.

Аттила подождал еще некоторое время, будто раздумывая, и начал.

XX

– Ты знаешь, – с расстановкой начал повелитель гуннов, – после смерти отца… Как он был страшен, плавая в своей крови!

– Да. И женщина была причиной… – вздрагивая, перебил Хелхал.

– Молчи! – прикрикнул на него Аттила. – Если бы гунны это знали!

Но старик, взволнованный воспоминаниями, забыл обычную покорность перед своим господином и продолжал:

– Слабая женщина решилась на такое дело и совершила его с помощью простого ножа. Старая сарматская ведьма! С клинка струилась теплая кровь, а она размахивала им над растрепанной головой.

Алые капли падали на ее седые волосы. А убийца между тем кричала: «Он распял моего невинного внука – и старая бабушка отомстила за своего внука!» Страшно подумать, что дряхлая старуха убила Мундцука, повелителя гуннов, моего господина!

Хелхал застонал от горя.

– Молчи, говорю тебе!

– Но ведь это все равно известно целому свету. Хотя ты и брат твой Бледа велели убить всех, кто присутствовал при смерти твоего отца: сорок мужчин, двенадцать женщин и шесть детей, а старуха заколола себя сама… Но некоторые из этих людей… с проклятиями рассказали перед казнью своим палачам, за что их убивают.

Палачи не смолчали и передали подробности дела другим. Тогда убили и их. Но молва уже пошла. Так я и узнал истину, вернувшись из похода против яцигов.

– Нехорошо, что гунны знают правду: они верят нелепому пророчеству, связанному с насильственной смертью от руки женщины.