Аттила. Падение империи (сборник)

– И отец мой как будто сказал строгим голосом: «Вот самый удобный случай исполнить страшную клятву – ты должен открыть позорный замысел императора перед целым светом».

Четверо римлян смотрели друг на друга, онемев от ужаса.

– Это… это… невозможно! – в смущении пробормотал маститый Максимин.

– Ты будешь иметь доказательства в своих руках, – спокойно отвечал Эдико.

– От Хризафиоса можно всего ожидать, – шепнул Приск сенатору.

– …Вот почему, – снова начал германец, – я настоял на том, чтобы посольство сопровождал достойнейший из вельмож Византии, и выбрал тебя, Максимин, чтобы ты присутствовал при разоблачении гнусной тайны.

Я заглушил голос оскорбленной чести и согласился на сделанные мне чудовищные предложения, но, желая иметь в руках верные доказательства, прибавил: для исполнения замысла нужны деньги, фунтов пятьдесят золота… чтобы… наградить воинов, которые будут стоять со мной на страже у палатки государя. «Вот они!» – с жаром воскликнул евнух, вскочил с места, схватил маленькую шкатулку, спрятанную в мраморной стене, и собственноручно отсчитал червонцы в мешок из черной кожи.

Вигилий громко застонал, вырываясь из рук стороживших его гуннов.

– Хризафиос подал мне мешок, и я заметил, что на нем вышита красным шелком надпись: «Собственность Хризафиоса». «Нет, – сказал я. – Я не возьму их, пока не заслужил. Сначала нужно исполнить обещание, а потом брать награду. Ведь, кажется, со мною вместе отправляется посольство к гуннам?» – «Да, – отвечал Вигилий, – и я назначен послом.

Дай мне кошелек, Хризафиос, мой высокий покровитель. Потом я передам его Эдико». Евнух повесил ему на шею черный мешочек, который он носит с тех пор на груди – под одеждой!

– Он и теперь на нем! – воскликнул Аттила. – Живей! Обыскать его! Откиньте хламиду, шарьте под туникой! Поспеши, Хелхал!

Гунны сдавили византийца, как в тисках. Хелхал принялся шарить у него под одеждой, дернул за шнурок, оборвал его и вытащил из-за пазухи злополучный черный кошелек.

Он внес находку на помост и положил к ногам господина.

Волна бешенства прокатилась по рядам гуннов.

– «Соб-ствен-ность Хри-за-фио-са», – прочитал по складам Аттила, нагнувшись над кошельком. Потом он отшвырнул его ногой и сказал: – Выньте червонцы и взвесьте золото, точно ли там пятьдесят фунтов, как говорит Эдико.

– А хоть бы и так! – крикнул Вигилий, собираясь защищаться. – Все равно Эдико нагло врет!

– Неужели? – насмешливо спросил Аттила.