140 бесед с Молотовым. Второй после Сталина

Подумав немного, Жуков добавил:

– Сталин меня снимал, понижал в должности, но попробуй меня кто-нибудь при Сталине обидеть – Сталин за меня голову оторвет!

Конечно, это были отношения двух крупных людей, знавших цену друг другу. Когда в одном документе кто-то переусердствовал, назвав заместителя Верховного Главнокомандующего Жукова первым заместителем, маршал возразил:

– Я не первый, а единственный!

Известна оценка, данная И. В. Сталину в книге Г.

К. Жукова «Воспоминания и размышления»:

«Могу твердо сказать, что И. В. Сталин владел основными принципами организации фронтовых операций и операций групп фронтов и руководил ими со знанием дела, хорошо разбирался в больших стратегических вопросах… В руководстве вооруженной борьбой в целом И. В. Сталину помогали его природный ум, опыт политического руководства, богатая интуиция, широкая осведомленность. Он умел найти главное звено в стратегической обстановке и, ухватившись за него, оказать противодействие врагу, провести ту или иную наступательную операцию.

Несомненно, он был достойным Верховным Главнокомандующим».

13

По этому поводу распространилось немало небылиц. И в документальной, и в художественной литературе довелось читать о том, как Сталин приехал к ожидавшему его поезду и чуть ли не два часа ходил по платформе, раздумывая, уезжать или не уезжать ему из Москвы в Куйбышев.

Один из охранников Сталина, А. Рыбин, сказал мне, что такого случая не было, а стоявший у платформы поезд предназначался для В. М. Молотова и дипломатов. Кто-кто, а охрана знала точно, где и когда бывал Сталин. Однако попытки эвакуировать Верховного в Куйбышев были, но поговорить с ним об этом никто не решался. Тогда попробовали узнать косвенно:

– Товарищ Сталин, когда отправить из Москвы полк охраны?

– Если будет нужно, я этот полк сам поведу в атаку, – ответил Сталин.

Мне рассказывали бывшие командующие, что когда в 1941 году они приезжали с фронта в Москву, то звонили в Кремль, в основном затем, чтобы узнать, уехал Сталин или нет. Узнавали, что он в Москве, и сразу появлялась уверенность в победе.

14

Во время войны маршал Шапошников болел и попросил освободить его от поста начальника Генерального штаба.