Царская чаша. Главы из Книги 1

, в связи с назревшим кризисом внутри самой Русской Церкви и множащейся ереси жидовствующих, был созван церковный собор, который коснулся всех больных сторон церковного быта, служивших для еретиков поводом к нареканиям на Церковь. Были осуждены плата за поставление в священники и беспутная жизнь вдовых священников, пьянство духовенства, в т. ч. и накануне совершения Божественной Литургии, непорядки в монастырской жизни, главными из которых были пренебрежение обязанностями служения Богу, излишества в питье и еде и содомия.

Собор вплотную подошел к вопросу об отношении к монастырскому вотчинному землевладению. На арене этого собора выступили крупнейшие церковные деятели того времени – игумен Волоколамский (Волоцкий) Иосиф (Санин) и игумен Сорский (на р. Сорке, около Белоозера) Нил (Майков).Нил Сорский стремился осуществить на Руси большую реформу и иночества, и всего церковного быта православия. Главной целью этой реформы было освобождение иночества от каких бы то ни было экономических забот. Появление на Руси еретиков и их упорные гонения на Церковь Нил и его ученики, называемые «нестяжателями», объясняли, как и многие другие в то время, падением нравов и авторитета Церкви. Но причину этого падения они видели в обремененности землевладением и крупным хозяйством.И вот против этого предложения восстал, как записано, весь собор, точнее – почти все традиционное большинство. Среди последнего доминировал голос наиболее продумавшего этот вопрос и подготовившего всю аргументацию «стяжательской» стороны Волоколамского игумена Иосифа. Но суть спора была куда круче, конечно, имущественного вопроса. Это был вопрос разногласия во внутренней политике, и церковные иерархи делил тут свою власть точно так же, как мирские бояре и князья. Государство имело в Церкви постоянную и очень мощную опору, по множеству исторических и этических причин сложились определённые вековые традиции сосуществования народа и Церкви, и роль государя в этой системе, какой видел её Иоанн Грозный, конечно, была неразрывно связана с судьбой русской Церкви, в которой Иоанн желал видеть стопроцентного защитника, союзника и опору власти. В итоге победил здравый практицизм Иосифа Волоцкого, разумеется, рассматривающего свою миссию патриарха православия как служение государству, то есть социуму, и государю прежде всего. При этом сам он вёл исключительно праведный образ жизни, но не был мистиком, был человеком практического склада ума.