Стерпор

Его пассивность, трусость, омерзительные привычки всегда прятать глаза и грызть длинные желтые ногти были мне отвратительны, но после того, как я вдоволь нахлебался безумной активности Вилла, мне захотелось пожить при дворе правителя, который ничем не помешает размышлять о своей дальнейшей судьбе.

Преол оказался даже хуже, чем я думал. У меня с самого начала возникло ощущение, что старший брат принял меня только из страха. Апартаменты, которые он мне выделил, оказались смехотворно малы. В них не было фонтана, где бы я мог утопиться, и даже рукомойника.

У нас состоялся с ним краткий диалог, во время которого он все время пытался выяснить, надолго ли я собираюсь у него задержаться. Когда я сообщил, что абсолютно не знаю, что буду делать дальше, сколько здесь пробуду и даже чем собираюсь заниматься в жизни, он сильно забеспокоился, забегал из угла в угол, с сухим хрустом заламывая пальцы.

– Но как же так, – забормотал он, голос его сильно дрожал, – ты же должен дать ответ, я же должен знать, сколько времени мне придется тебя принимать…

– Как только я определюсь с выбором, чем бы я хотел заниматься в жизни, я немедленно тебя покину…

– Э-э-э… – Преол волновался все больше и больше, – но ты же можешь никогда не определиться.

От волнения он снова стал грызть ногти, хотя прекрасно знал, что я этого не выношу.

– Ну да, – натянуто улыбнулся я, – но, в принципе, я никуда не спешу.

– Никуда не спешишь? – Преол заискивающе уставился на меня. – Но, может, это все же ненадолго?

– Да ты что! – рявкнул я, так что он вздрогнул всем телом и в ужасе отпрыгнул к самой двери.

 – Не рад принять брата на постой?! Грустно это осознавать, знаешь ли…

Преол быстро-быстро закивал, потом попробовал что-то произнести, но от накатившего страха рот у него открывался, как у рыбы, но ни единого звука не доносилось, только какое-то сдавленное бульканье. Потом Преол вдруг резко дернул дверь и поспешно выбежал.

На этом наш разговор завершился. Поселившись при дворе Преола, самого брата я больше не видел.

Несколько раз я пытался получить аудиенцию, чтобы поговорить с ним о размерах апартаментов, а также обсудить сомнительное качество дворцовых обедов, но герцог Демос Мизерилла, который всегда был при Преоле, неизменно отвечал мне, что «повелитель занят делами государственной важности и просил его не беспокоить».

Герцог всерьез раздражал меня ощущением собственной значительности. В его устах любые слова звучали как неоспоримое утверждение.