Стерпор

 – Он дело говорит, а ты отныне, раз знаешь, кто я такой, зови меня не иначе как на вы… пора бы уже забыть о запанибратстве… Ты понял меня?

– Понял, – великан огорошенно открыл рот, – я вас понял…

– Ну вот и отлично, а теперь помолчи, пока я разговариваю. – Я обернулся к Ламасу: – Я могу предложить тебе сто золотых в год и три медных монеты сейчас.

– Это даже не смешно. – Колдун запустил худые пальцы в свою жидкую бороденку и принялся оживленно ловить кого-то, потом поймал и раздавил между длинных желтых ногтей.

 – Мои услуги стоят гораздо дороже. Не просто больше, а намного больше… ну, хорошо, так и быть, я сейчас в затруднительном положении, можно сказать, в чрезвычайно затруднительном, – он словно рассуждал сам с собой, – хорошо, хорошо, будь по-вашему, согласен на четыреста золотых и десять серебряных монет сейчас.

– Двести, которые я смогу выплатить по достижении цели, и десять медяков сейчас – это мое последнее предложение. Если ты на него не согласишься, можешь продолжать распространять вокруг не положительную ауру, а зловоние.

– Ну, хорошо, хорошо, – нехотя согласился колдун, – это оскорбляет мое достоинство, но так и быть, я закрою глаза на свое неудовольствие, поступлюсь внутренними принципами и пойду вам навстречу…

– Варнан, выдай ему десять медяков, – сказал я.

– Я?! – Лицо громилы отразило искреннее недоумение. – А почему я?!

– Ну, конечно, ты… я, видишь ли, сейчас несколько на мели, так что мою кампанию по захвату власти придется финансировать тебе.

Пока что ты будешь моим казначеем. Надеюсь, не будешь возражать? – Я так сердито посмотрел на него, что он поспешно извлек из кармана кошель. – Но можешь быть уверен, что, как только я стану королем Стерпора, я все тебе компенсирую. Пара алмазных рудников тебя устроит?

– Четыре – будет в самый раз, – резво ответил Варнан.

– Пределы побери, почему вокруг меня всегда собираются исключительно алчные люди? – сказал я и по-думал про себя: ну, четырех ему точно не видать.

– Наверное, такая у вас судьба, милорд, – ехидно заметил колдун, прочитав мои мысли.

Кар Варнан извлек из кармана кошель и принялся пересыпать медь в широкую ладонь, при этом он с явным неудовольствием что-то бормотал себе под нос… Наблюдая эту картину, я вдруг заметил кое-что интересное… Кажется, предмет в руках Варнана был хорошо мне знаком.