Книга темной воды (сборник)

Ее волосы были повсюду, их словно трепало ветром, швыряло мне в лицо, а скрюченные наманикюренные ногти тянулись, тянулись, тянулись ко мне. Так продолжалось, наверное, целую вечность… Затем я ощутил, как вся она надломилась, и повисла у меня на запястьях. Я размотал веревку и отпустил ее. Она упала на пол, ее лоб с глухим стуком соприкоснулся с паркетом…

Тело я завернул в байковое одеяло, замотал веревкой.

И только теперь осознал, что все то время, что я проделывал страшное, мне представлялась Ариша. Только не эта, мертвая.

А та, что любит меня. Та, что сидит в темноте, в разбитой квартире, ожидая встречи. Я представлял, как она ступит на порог этой квартиры, и останется здесь со мной навсегда…

Черный кадр кинопленки вырвал меня из действительности… Один пустой кадр и меня вынесло куда-то в иную реальность.

– Где я?! – я оглядывал незнакомое помещение.

– Вы в Центре дубликации, – холодно заметила женщина в белом халате. И я вдруг понял, что это та самая старуха в белом халате, что много лет назад назвала мой поступок создания дубль-б еще живой жены аморальным.

– Я вас узнал, – я ощутил тяжесть в макушке и посмотрел наверх. Над моей головой висел блестящий металлический шар. Я перевел взгляд вниз. Под ногами находилась черная платформа Агметра.

– Ваш уровень агрессивности слишком высок, – сообщила психолог, – вам отказано в создании дубль-б. Более того, – она нахмурилась, – я бы рекомендовала вам пройти курс лечения. У вас имеются скрытые наклонности, которые в будущем могут проявиться и негативно сказаться на вашем…

– Идите к черту! – заорал я, и выбежал из кабинета, хлопнув дверью.

Я припал к стене и долго стоял, тяжело дыша. Я никак не мог прийти в себя. Меня лихорадило, пережитое накатывало смутными волнами.

Значит, все, что я чувствовал, было видением, вызванным этим прибором – Агметром. Не было никакой механической куклы, которую я любил. Не было жестокого убийства, совершенного мной…

Не оглядываясь, я пошел прочь по коридору.

За раздвижными дверями хлестнул в лицо ледяной дождь.

Он шел в этом холодном, сумрачном городе многие дни, он никогда не прекращался. Фигурки одиноких прохожих пропадали в сером мареве. Колонны небоскребов подпирали черное небо, в котором не было ни единого просвета.

И в моей душе, душе старого усталого человека, тоже не было ни единого просвета…

– Как успехи? – поинтересовался старший лейтенант Шаповалов.

– Все в порядке, – сообщила психолог, – процедуру он прошел успешно.