Размышления команданте

Потребовался бы по меньшей мере год, чтобы подготовить необходимый персонал для обслуживания этих орудий традиционными методами. У нас подготовка заняла всего несколько недель – этой задаче мы посвящали практически целиком все наше время в течение двух лет после победы Революции.

Мы знали о неизбежности нападения на Кубу, но не знали, когда и как оно произойдет. Все вероятные точки высадки противника были укреплены и находились под наблюдением. Руководители были на своих местах: Рауль – в Ориенте, Альмейда – в центре и Че – в Пинар-дель-Рио.

Мой командный пункт располагался в столице – в приспособленном для этого старом буржуазном особняке на высоком правом берегу реки Альмендарес, недалеко от места, где она впадает в море.

Уже наступило 15 апреля 1961 года, и я с ночи находился в штабе, получая сообщения из Ориенте, куда прибыло с юга США судно под командованием Нино Диаса с группой контрреволюционеров на борту, одетых в такую же, как наша, оливковую форму. Они должны были высадиться на Кубе в районе Баракоа.

Предполагалось, что это будет обманным маневром, чтобы отвлечь внимание от точного пункта главного направления удара, и создаст много путаницы. Судно уже находилось на расстоянии прямого выстрела из противотанкового орудия в ожидании высадки, которая в конце концов так и не произошла.

Одновременно нам сообщили, что 14-го вечером взорвался в воздухе, выполняя разведывательный полет над районом возможной высадки, один из наших трех реактивных истребителей – учебных, но способных сражаться.

Это, несомненно, было делом рук американцев, которые сбили самолет с военно-морской базы в Гуантанамо либо из другой точки на море или в воздухе. В те времена не было радаров, чтобы точно определить, что произошло. Так погиб выдающийся кубинский революционный пилот Орестес Акоста.

Со своего командного поста я увидел В-26, которые пролетели над головой почти на бреющем полете, и через несколько секунд услышал взрывы первых ракет, выпущенных по позициям наших артиллеристов, которые в большом числе обучались на воздушной базе Сьюдад-Либертад.

Реакция этих отважных солдат была почти моментальной.

С другой стороны, у меня нет ни малейших сомнений в том, что Хуан Орта был предателем. Соответствующие данные о его образе жизни и поведении находятся там, где и должны находиться: в архивах нашего управления госбезопасности, родившегося в те годы под огнем врага. Забота о госбезопасности была поручена людям с развитым политическим сознанием.