Антим 2. Танцы на костях

Лани неприятно поежилась, от того, что ощущения напоминали ей укусы пауков и невольно посмотрела на куртку мужчины. Он поймал ее взгляд, задумался, а затем покачал головой.

По левую руку от них простирался лес, и мужчина указал в его сторону.

Кустистый подлесок был настолько плотным, что уже через пару минут Лани стало казаться будто от широкого, испещренного овражками поля их отделяет не десяток метров, а несколько дней пути. Наконец Иован остановился возле небольшой полянки и принялся устанавливать палатку.

Что-то сказав на своем языке и покачав головой, траппер стал рвать ветки кустарника, а затем обкладывать ими палатку со всех сторон, пытаясь, должно быть, хоть немного замаскировать ее.

Лани не стала дожидаться пока он закончит и, зябко ежась, забралась внутрь. Оказалось, что здесь палатка излучает теплый оранжевый свет, создающий ощущение уюта и безопасности.

Вскоре мужчина присоединился к ней, достал из сумки мягкий шерстяной плед и укутал им девушку.

– Теплый какой! Тоже зачарованный? – с улыбкой спросила она. Разумеется Иован не понял ее слов, и вместо ответа извлек из недр сумки небольшую фляжку.

– Вино? – уточнила Лани, осторожно понюхала содержимое, но поняла, что внутри обыкновенная вода. – Вода, – ответила она сама себе, после чего сделала несколько глотков.

– Вода, – повторил Иован.

Глаза девушки расширились от неожиданно пришедшей в голову мысли. Она протянула руку перед собой, ловя ладонью капли и проговорила:

– Дождь!

– Дождь, – сказал Иован, почти не исказив слово.

Лани принялась называть слова, показывая на все подряд, траппер их повторял, пытаясь запомнить, а дождь тем временем расходился все сильнее. То и дело они тихо смеялись – от того, как забавно Иован порой коверкал произношение. Мужчина и сам понимал, что у него не все получается хорошо, несмотря на то что очень старался.

Спустя пару часов он сделал жест руками, изобразив будто у него взрывается голова и они поменялись ролями. Теперь уже Лани старалась выговаривать слова на ассийском, а Иован просил повторять ее снова и снова пока не добивался сносного, на его взгляд, произношения.

Вскоре им надоела их игра, они расположились лицом к выходу и принялись просто смотреть на дождь.