Антим. Кодекс ордена

– Нет! – грозно сказал антим, рубанув рукой о воздух столь стремительно, что раздался свист ветра. – В первую очередь, нужно учиться смирять свои желания, Лани. Брать лишь столько, сколько не можешь не взять, обращать зло в добро, пропуская его через свою волю.

Эш замолчал, сам удивляюсь тому, как распалился и некоторое время они шли, не говоря ни слова. Девушка, однако, непрерывно хмурилась, пытаясь совместить не совместимое: уложив кодекс антимов на те знания, которые она получила в академии.

Спустя несколько минут, глаза Лани вдруг широко распахнулись, и она воскликнула:

– О святой круг, я только что все поняла!

Эш опасливо покосился в ее сторону.

Уж не откопала ли девочка в своей памяти записи с пыльных страниц манускриптов «О доле меченных демоном» или «Молота магов". Догадайся она сейчас о том, кто такой на самом деле Эш, так всем его надеждам на несколько месяцев сытой жизни не суждено было сбыться.

– Это же так очевидно! – Лани остановилась, разглядывая Эша и он опустил взгляд.

 – А я-то, думала, почему вижу мастера, настоящего высшего мага, в лохмотьях.

Антим уже собирался было сказать в свое оправдание что-то невразумительное, как вдруг девушка принялась стягивать с себя сапоги.

Эш смотрел на нее обескураженно, силясь понять, что происходит, а Лани тем временем закатата брючки до колен и, убрав за пазуху обувь, заявила:

– Я тоже готова учиться смерять свои желания, мастер, если этого требует обучение. До Вас мне конечно далеко, – она отвела взгляд.

 – Но если этого хватит, то пойду до деревни собой.

Эш с трудом сдержал улыбку и, чуть помедлив, ответил:

– Обуйся, простудишься еще. Все нужно делать в меру.

Глаза Лани дрогнули и заблестели. Она быстро покивала, а затем принялась натягивать обувь.

«Ребенок» – подумал Эш, впрочем, не вкладывая в это слово ничего плохого. Антиму нравилась горячность и увлеченность девушки магией. Ее чуть наивная, но от того милая энергичность и открытость.

Таких людей, подумал он, можно сейчас вырастить, словно изысканные цветы, лишь в дорогих оранжереях.

Скрывая от них человеческую подлость и злобу, тысячи пороков, встретив которые хоть раз, ты неизбежно будешь нести на себе их отпечаток. Немудрено, что Игнис, проклятая тварь преисподней, ухватился за эту чистую душу когтями, как только ее увидел.

Эш вздохнул и добродушно произнес:

– Но я рад, что ты все поняла, насчет смирения своих желаний. Из тебя выйдет отличная ученица.