Зов Пятиликого. Эхо грядущей бури

– Мама в детстве рассказывала. А что? Это в твоей книге?

Отвечать я не стал, однако в Айни проснулось любопытство.

– У тебя там правда про фениксов написано? Они же не настоящие. Или существуют?

– Не существуют. Зато Гамаюны иногда встречаются.

– А это кто такие?

– Тоже птицы. Все про всех знают, но никому ничего не говорят.

– Совсем никому?

– Только тем, кто владеет волшебной аппаратурой управления. С модемом телеметрии, разумеется.

– Интересно, хотя я не знаю, что это, – Айни улыбнулась, заглядывая в книгу.

 – Жаль, что читать не умею. Зато обязательно сделаю себе татуировку когда-нибудь в виде крыльев на спине.

– Зачем?

– Не знаю. Просто хочется, – быстро ответила она и отвернулась.

Что-то в ее интонации показалось мне странным. Словно плохо скрываемая тревога прорывалась наружу, несмотря на желание девушки выглядеть спокойной.

Поразмыслив над этим с полминуты, я решил, что мне хватает и собственных проблем, чтобы лезть в чужие. Вернулся было к чтению, однако заговорил Плуг:

– Гамаюны, хераюны.

Понапишут вам дерьма всякого, а вы верите.

Взглянул на него удивленно.

– Брат у меня был. Младший. Тоже, значит, повадился в книги лазить. Я ему объяснял, что не доведет это до добра, но куда там. Мало тебе говорю, что и так люди облапошить пытаются, ты еще в буквы носом тычешь. На словах-то еще не всякий брехать осмелиться, знает, что можно за это и по харе получить. А книги чего? Да если б я грамоту знал, так ради хохмы только и делал, что писал одни выдумки.

А если как поймут, что я все наплел, так ведь рядом-то меня нет! Только за книгу деньги уже уплачены. Потому и говорю – нечего верить ни книгам, ни тем, кто их продает. Но брат все за свое, да еще и подороже норовил купить вечно, – он махнул рукой. – Ну и чего ты думаешь?

– Что?

– Прирезали его как-то в подворотне.

– А книги тут при чем?

– Так ведь только их и забрали.

– Может, это были другие любители книг, – осторожно пошутил я. – Еще более фанатичные чем твой брат?

– Не удивился бы, – горестно кивнул Плуг.

 – Но я их так и не нашел.

Решив, что нормально почитать мне все равно не дадут, я взял рюкзак и вышел, но лишь затем, чтобы залезть на крышу.

Под плотным тентом впереди сидел возница, еле слышно напевавший себе под нос какую-то мелодию, а с задней стороны, в открытой части повозки, стояли бочки с алкоголем, ящики со всевозможной снедью да табаком – что на преступном жаргоне и называлось медком.