Имперский рубеж

 – Господа, а ведь это мысль! Поедемте к цыганам, господа!

– Вас иногда посещают дельные мысли, князь, – похвалил снова уронившего могучий кавказский нос приятеля Бекбулатов. – Действительно, а не закатиться ли нам к цыганам?

– Вы мимоходом выиграли в рулетку, князь? – поинтересовался Сальский, картинно облокотившись на дверцу авто. – То-то, я смотрю, вы частенько отлучались из-за стола.

– Что ты, Игорь! Играть мне матушка запрещает. Но…

Владимир сорвал фуражку и швырнул в нее скомканную купюру.

– Эх, пропадай сабля на заказ! Обойдусь казенной первое время. Раскошеливайтесь, господа!

Фуражка пошла по рукам, наполняясь банкнотами разных достоинств.

– Я не могу, господа! – швырнул в общий котел золотой империал успокоившийся было фон Тальберг. – Рыдания жгут мне грудь! Как мне горько расставаться с вами!

– Дайте платок барону…

– Какой, черт возьми, платок? Салфетку и ту половой на выходе отобрал!

– Пусть рыдает в ваш мундир.

– Бежецкий, подставьте плаксе правое плечо – у вас там погон сухой.

Это будет по-христиански…

– Возьмите, сударь, – серебряным колокольчиком прозвенел над ухом Александра ангельский голос. – Он чистый, возьмите же…

Александр обернулся и обмер: позади него стояла девушка такой красоты, какой просто не может быть у существа из плоти и крови. И это небесное создание ручкой, затянутой в полупрозрачную кружевную перчатку, протягивало ему невесомый платочек. На какой-то миг пальцы молодых людей соприкоснулись и…

– Очнись, Саша! – Бекбулатов похлопал по плечу друга, неотрывно глядевшего вслед отъезжающему «Руссо-Балту».

 – Эта птичка не для нашего курятника. Скрепи сердце и вернись на грешную землю.

– Я ее знаю, – пробасил могучий Ардабьев. – Это дочь товарища железнодорожного министра Головнина. Настенька. Пардон, Анастасия Александровна.

– Только не говорите, мон шер, что вас с ней что-то связывает! – подколол великана Бекбулатов, деликатно подергал намертво зажатую в руке друга кружевную тряпицу и, поняв, что извлечь ее невозможно, отступился.

 – Я готов поверить во все, что угодно, вплоть до вашего родства с королем Швеции… А что такого, господа? Викинги легко добирались до родины нашего Гаргантюа![3 - Гаргантюа – персонаж романа «Гаргантюа и Пантагрюэль» французского писателя эпохи Возрождения Франсуа Рабле (1493–1553), отличавшийся богатырским аппетитом.] Но в такую невероятную возможность…

– Вовсе нет, господа, – засмущался силач.