Америка off…

 – Десять тонн! И не «зелени», а евро! Представляешь?!

– Во дают буржуины! – от души восхитился Мерзлин. – Смотри, на ту же карточку не клади!

– Да наликом дали! – отмахнулся Извеков, совсем не думая о том, что собеседник не видит его жестов по причине удаленности. – Я уже того… Ну, спрятал уже…

– В трусы что ли зашил? – хмыкнул Лешка.

– Почему сразу в трусы?.. Хотя… Я на булавку…

– Теперь береги, как зеницу ока…

– Булавку?

– Нет, …! Вдруг расстегнется?..

Пьяненькая и веселая Магда, соотечественница незабвенного Карлсона, который когда-то, еще до изобретения таких малоприятных напастей, как смог, кислотные дожди и радиоактивные осадки, жил на одной из Стокгольмских крыш, уже с минуту теребила Сергея за рукав, требуя внимания к своей персоне.

Оказалось, что верховодившая за стойкой стройная миловидная брюнетка – не то официантка, не то владелица кафе – уже несколько минут на ломанном английском языке, перемешанном с итальянским в равных пропорциях, пытается выдворить изрядно загулявшую компанию за пределы артистического кафе. Причиной негостеприимства длинноволосой и не менее длинноногой итальянки оказались протесты со стороны аборигенов, видимо, завсегдатаев, недовольных неумеренным употреблением спиртного различных видов в произвольных пропорциях. Не доставляли радости «артистам» и громогласные попытки установления международного контакта сразу на четырех, нет, на пяти (Извеков все время пытался перейти на русский) языках, не родственных между собой.

– Per favore, signore[8 - Пожалуйста, господа… (итал.

)]… I ask to leave[9 - Прошупокидать… (англ.)]… I regret…[10 - Я сожалею… (англ.)]

– Il conto, per favore![11 - Счет, пожалуйста! (итал.)] – блеснул своими познаниями в итальянском Сергей под аплодисменты собравшихся.

Рассчитывался, естественно, он, как единственный в компании русский, конечно же, с широкой душой и, к тому же, призер. Собственно, именно его победу и «обмывали» в столь теплом коллективе. Правда, первоначально, желающих поздравить «этого русского» было раза в три больше, но, в конце концов, остались только самые стойкие.

– C’e… un buon ristorante… qui vicino?[12 - Где поблизости находится приличный ресторан? (итал.)] – спросил он уже в дверях симпатичную брюнеточку, сменившую гнев на милость после того, как Сергей истинно по-русски отказался взять сдачу с купюры в пятьсот евро, да к тому же прибавил еще несколько цветных бумажек, небрежно бросив с широким ленинским жестом: «Манча![13 - Чаевые (итал.