Америка off…

– Господа, – взял слово старейший, из присутствующих здесь, сенатор от «Штата Алохи[24 - Иносказательное название Гавайев. По-полинезийски означает приветствие.]» Кевин Ластки. – С момента Катастрофы прошло чуть более двенадцати часов и мы собрались здесь, чтобы избрать временного Главу Государства и решить несколько важнейших задач, стоящих перед нами в это тяжелое время.

Наш дом разрушен. От пятидесяти штатов, живших единой семьей, осталось только три, причем не понес потерь только один – тот, где мы сейчас находимся, а также Пуэрто-Рико.

В настоящий момент от территории США осталось лишь семнадцать процентов, а их население составляет восемнадцать с половиной миллионов собственно на территории государства и немногим более пяти миллионов – туристы, военные, дипломаты, представители компаний и прочие – за рубежом. Мы потеряли практически все сельскохозяйственные земли (основная часть нашей территория приходится сейчас на непригодные для сельского хозяйства полярные и приполярные области Аляски), промышленность, инфраструктуру и научный потенциал. Положительным моментом является только то, что сохранены почти две трети вооруженных сил и ВМС, размещенные, в основном, в Европе, Азии и мировом океане и большая часть орбитальной группировки – временно потерянный контроль над спутниками удалось перевести на резервный центр управления на Гавайях…

– Значит мы не беззащитны?..

– Соединенные Штаты по-прежнему в состоянии дать достойный отпор любому агрессору в любой точке планеты.

Переждав аплодисменты сенатор продолжил.

– Некоторую проблему, конечно, представит их снабжение, но…

– Это почему еще? – подал голос краснолицый, похожий на моряка, которым он, собственно, и был раньше, член палаты представителей от Флориды Альберт Макгвайер.

– Дело в том, что Форт-Нокс исчез вместе со штатом Кентукки, а вместе с ним, и практически весь золотой запас США. Наше экономическое положение я кратко обрисовал выше…

– Ну и что с того? – не унимался недоверчивый Макгвайер.

– Федеральная резервная система США тоже прекратила существование, – вздохнул сенатор Ластки. – Нам просто нечем сейчас обеспечить нашу валюту, разве что снегами Аляски, солнцем Гавайев и цветами Флориды… К тому же, печатать доллары тоже негде…

– Боюсь, нехватка наличной валюты нам не грозит, – подал голос из своего угла, куда забился по обыкновению, тощий, похожий на кузнечика сенатор Бернштайн.

– Как это? – обернулись все к нему.