Зазеркальные близнецы

Под занавес последовал отцовский звонок, причем ледяной тон и требование незамедлительной встречи не оставили никаких сомнений относительно его причины. С огромным трудом Бежецкому-младшему удалось выторговать у непреклонного старшего отсрочку до завтрашнего вечера.

Одним словом, денек выдался явно не самым слабым и до краев переполненным событиями. Ко всему вышеперечисленному следует добавить послезавтрашнюю процедуру передачи дел преемнику, ротмистру Афанасьеву, по слухам весьма неглупому и довольно многообещающему армейцу, вышедшему из нижних чинов (о времена, о нравы!) и переведенному недавно из Заокеанских Владений.

Такие рокировки были весьма во вкусе князя Орлова, обожающего демонстрировать глобальность своего мышления. Конечно, сомнительно, что служака, отдавший полжизни открытым сражениям на «переднем крае наркотической войны», сразу же вникнет во все перипетии войны, по преимуществу кабинетной, но… Спорить с начальством, как известно,– все равно что…

Ко всему прочему нужно ломать голову над трудноразрешимой шарадой, кого из оперативников отправить завтра на Урал вместо Володьки (черт бы побрал его со всей его гусарской самодеятельностью, пусть только выйдет из больницы…), поскольку обе наиболее подходящие кандидатуры (Голицын – как все-таки был неправ Бежецкий в отношении юноши – скорее всего, вообще перейдет только на кабинетную работу и то если разрешат медики) выбыли из строя.

А из оставшихся выбирать – дело сложное… Не потому, что Александр не доверял своим подчиненным, просто у всех есть свой надел и они скрупулезно его возделывают. Сорви хоть одного с места – и многие разработки пойдут… Александр вздохнул: он постоянно забывал, что через два дня маршруты, по которым пойдут все разработки, уже мало будут его волновать…

Напоминальник, привычно брошенный на стол в соседней комнате вместе с кобурой, вкрадчивой трелью извлек Александра из приятного расслабления полудремы. В такой час, судя по мелодии, мог звонить только кто-то из своих.

Автоматически выждав три звонка, Александр поднялся и пошел за аппаратом.

На экранчике определителя светилась только строчка маловразумительных закорючек – звонили с защищенного аппарата.

Щелкнув клавишей записи (на всякий случай), Александр сказал:

– Ротмистр Бежецкий слушает.

– Спишь, что ли? Я уже отключиться хотел!

Александр опустил аппарат и тихо ругнулся, прикрыв микрофон ладонью.

– Ты, что ли, контуженный?

– Я! – жизнерадостно заорал «шмель».