Золотой империал

]… А я, милостивый государь, в бытность мою в ваших летах, уже носил чин штаб-ротмистра [9 - Кавалерийский чин штаб-ротмистра соответствовал штабс-капитану в пехоте и артиллерии и капитану современной Российской армии.] лейб-гвардии Конного, ея императорского величества полка…– Видя полное обалдение на лице милиционера, он рассыпал коротенький смешок и продолжил: – Да, я не представился… Князь Георгий Викентьевич Кавардовский, к вашим услугам! – Мужчина вежливо склонил голову, украшенную идеальным пробором.

 – А вас, простите, как звать-величать?

– Князь? – как ужаленный подскочил на постели Лукиченко, не обращая никакого внимания на то, что пистолет своим непроницаемо-черным зрачком тут же уставился ему точно между глаз.

* * *

– Как видите, Виталий Сергеевич, я вам вполне доверяю! – Князь широким жестом, предварительно вложив в кобуру и тщательно застегнув кнопку, толкнул пистолет к руке его хозяина. – У нас с вами, надеюсь, теперь общие интересы, и мы должны верить друг другу…

«Ага, поверь тебе…– Лукиченко, уже полностью одетый, словно кролик с удава не сводил глаз со слегка изогнутого длинного кинжала с тускло-серым, прямо каким-то дымчатым клинком, не отбрасывающим бликов, воткнутого в столешницу у левого локтя назвавшегося князем Кавардовским господина.

 – Не этим ли перышком ты банду Серепана-то перерезал? Как курят почикал и глазом, поди, не моргнул…»

Конечно, словам Князя о его службе в лейб-гвардии, о княжеском титуле и прочей ерунде лейтенант не поверил.

Не поймешь – то ли чистое вранье, то ли бред сумасшедшего, – но это явно тот самый Князь, без всякого сомнения, безжалостный преступник, менявший царское золото на среднеазиатский опиум-сырец, чем-то запугавший до полусмерти «отмороженного» Клеща, а потом и вообще свернувший ему головенку, походя лишив жизни троих отпетых хулиганов, а четвертого покалечив на всю жизнь… А сколько за ним еще, интересно знать, числится разных подвигов?

– Насколько я понимаю, ваша конкретная цель, господин подпоручик, или как вас там… лейтенант… заключается в поимке преступника, нашкодившего у вас тут…– Князь тонко улыбнулся при слове «нашкодившего».

 – Причем конкретная личность значения не имеет…

– Э-э…– попытался вставить Виталий, но Кавардовский его перебил жестким тоном:

– Никаких «э-э», милостивый государь. Не имеет.